— Вообще-то, Рейва — сестра короля. — Хоть Ван Илар и не желал продолжать этот спор, промолчать он не смог.
— Впрочем, зачем мне все это? — Гайэл жеманно скривилась, — Ты мне вот что скажи: ты видел, что творится у наших стен?
— И? — Ван Илар выгнул одну бровь.
— Собираешься что-то делать?
— Например? — Колдун сложил руки на груди, всем видом желая показать Гайэл, что она мелет какую-то чушь.
— Тебе стоило бы побольше суетиться, когда возле стен твоей, между прочим, Башни, собирается целая армия.
— Эта Башня такая же твоя, как и моя. Я не держу тебя — делай что угодно, если считаешь нужным.
— Вообще-то, ты наш лидер. — Буркнула Гайэл, — Если ты еще об этом помнишь.
— И именно поэтому я так невозмутим. Я жду Сеитту. С ее возвращением мы снимем заклятье, и Данга потеряет над нами контроль. Они ничего нам не сделают.
— Не факт, что эта твоя канарейка еще вернется…
— Думай, что хочешь. — Сказал Ван Илар, — А мне надо спешить.
Он снова стал спускаться вниз, чтобы догнать гостей, когда колдунья снова окликнула его:
— А кто будет успокаивать людей? Кто им скажет все это?
— Гайэл, ты противоречишь сама себе. — Ухмыльнулся Ван Илар, — Ты же хочешь, чтобы Башней правил Тоурс. Пусть он и говорит!
Он не стал дожидаться ответа Гайэл, со всех ног побежав вниз по темной лестнице. Да и вряд ли колдунья что-то сказала — Ван Илар услышал лишь ее удаляющиеся обратно в зал спокойные шаги.
Эралайн и Рейва были уже внизу, у самой двери в подземелье. Девушка крепко сжимала руку принцессы, испуганно озирающейся по сторонам. Девочка почти не обращала на Ван Илара внимания, но он не мог отвести от нее глаз, словно что-то в этом абсолютно обыкновенном ребенке было неестественным, неправильным. Колдун никак не мог понять, что именно, но решил, что подумает об этом позже, в более спокойной обстановке.
— Проходите, — Сказал он, толкнув тяжелую дверь и пропуская гостей вперед.
Они остановились практически на пороге из-за непроглядной темноты, царящей в подземелье. Ван Илар шагнул вслед за ними, и по щелчку его пальцев на стенах ярко вспыхнули факелы, освещая древние белесые каменные стены.
Что-то разорвалось над ними с такой силой, что даже Ван Илар едва удержался на ногах. Опомнившись, он увидел стоящую на коленях Эралайн, крепко прижимающую к себе Рейву. Колдун поспешно протянул девушке руку, когда на головы им с потолка посыпалась каменная крошка.
Сколько же магии понадобится им, чтобы восстановить Башню после всего, что произойдет сегодня?
— Похоже, плохи дела. — Констатировала Эралайн, увидев на потолке огромную трещину.
— Да, обычно бывало получше. — Ван Илар поспешил смахнуть с плеч и волос белесую пыль.
— И где же Вайн? — Подала голос Рейва, — Они же могут попасться Данге на глаза!
А эта девочка была не так уж и глупа — понимала, что к чему. Но все же не это привлекало в ней Ван Илара. Или же наоборот, отталкивало?
— Если они не поторопятся, то так и будет. — Эралайн вроде бы говорила это принцессе, но смотрела на Ван Илара.
Он не знал, что сказать ей в ответ, но девушка и так освободила колдуна от этой трудности:
— Рейва, ты не испугаешься, если посидишь здесь одна? Я хочу… помочь вам, Ван Илар.
— Нет, вы совсем ничего мне должны. Это опасно. — Отмахнулся колдун.
Но Эралайн была непреклонна. Ее брови нахмурились, а взгляд приобрел какую-то неопределенность, будто она искала слова где-то в далеких дебрях своего разума.
— Только я и Рейва из присутствующих здесь можем покинуть Башню. — Сказала она, — Хоть вы и чувствуете любое приближение к ней, вы не можете видеть. А я способна быть вашими глазами. Я могу следить за армией, искать Сеитту с Вайном, могу быть вашим шпионом.
Это предложение было привлекательным, но за свою жизнь Ван Илар усвоил одно: можно наплевать на мораль и совесть, можно забыть о принципах и привязанности, но никогда, никогда нельзя забывать о вежливости. Именно вежливость заставит человека, желающего помочь, сделать это от души и искренне. На самом деле, вежливость — это красивая, блестящая оболочка чистейшей наглости.
Поэтому он категорично замотал головой:
— Это и правда лишнее. Я собираюсь отгородить вас от опасности, а не подвергнуть ей.
— Я не могу сидеть сложа руки, зная, что в силах помочь! — Сверкнули глаза Эралайн.
— Вы не оставляете мне выбора…
— Рейва? — Эралайн уже не смотрела на Ван Илара, — Ну?
— Да. Иди. — Хрипло ответила девочка.
Ван Илар и Эралайн переглянулись и двинулись к выходу из подземелья. На самом пороге девушка обернулась к принцессе:
— Я приду совсем скоро. И не одна. С Вайном, обещаю.
Лицо принцессы украсила немного наигранная улыбка, и когда Ван Илар уже закрывал дверь, девочка так и не сдвинулась с места, а ее глаза все еще задумчиво сверлили абсолютно пустую стену.
Что же в ней было такого странного?
Эралайн преодолела две ступеньки в один шаг. Ван Илар решил не отставать от девушки, быстро догнав ее. Лицо и движения Многоликой выражали ее готовность ко всему, но все же колдун допускал вероятность того, что это обыкновенная бравада. Ей, в лучшем случае, было лет восемнадцать, и она не могла не бояться, особенно сейчас, когда перед ними простиралась бездна неизвестности.
— Ваши люди… — Заговорила она, идя чуть впереди, — они… готовы защищаться?
— Я много лет отрицал, что мы солдаты, и лишь совсем недавно понял, что это так. Они не могут быть не готовы. Мы стараемся не совать нос в дела короны, но все же, как и все королевство, живем войной.
— Но вы же спрятали принцессу! — Подхватила Эралайн, — Вы помогли ей, и после этого говорите, что «не суете нос» в королевские дела?
— Начнем с того, что Рейва в этом королевстве, как и мы с вами, никто. Король ее брат, и всего-то. А еще она — беззащитный ребенок, который не должен в таком возрасте видеть все то безумие, которое творят правители этого королевства.
— Хм… — Задумчиво протянула Эралайн, — Звучит логично, но вы, Ван Илар, не слишком-то похожи на человека, который делает что-то без задней мысли.
— Естественно, я не альтруист. — Усмехнулся колдун, — Просто, я понял, что пока корона будет у Вайна, меня и моих людей не будет беспокоить хотя бы он. Он удивительный человек, наверное, единственный король (по крайней мере, на моей памяти) которого не интересует магия.
— Его уникальность не только в этом.
— А в чем же еще? — Ван Илару действительно было интересно, что она ответит.
— Он не стал зависимым от власти. Не стал желать ее все больше и больше, как это бывает с остальными.
— Не самая лучшая черта для короля, не находите?
Эралайн резко повернулась. На ее губах играла легкая улыбка, но из-за скудного освещения Ван Илар не смог как следует рассмотреть кое-что поважнее — пылающий румянец на ее щеках.
— Но очень хорошая для человека, ведь так? — Прищурилась Многоликая.
— Это смотря с какой стороны посмотреть. — Пожал плечами колдун, — Говорят, он был из бедных.
— Да. Это так.
— Он бы и прожил свою жизнь вот так, словно помойная крыса, собирая чьи-то объедки. — Прямо сказал Ван Илар, даже не задумываясь о том, что Эралайн может обидеться, — Потому что иногда нужно уметь подчинять людей.
— Говорите, как моя сестра Тарварра.
Ван Илар удивленно затормозил. Собравшись с мыслями, он собрался отпустить едкий комментарий по поводу непохожести девушек, но, расхохотавшись, сказал совсем другое:
— О, помню эту милейшую девицу! Она грозилась перерезать мне горло, если Башня не станет ей союзником по захвату трона.
— Это очень на нее похоже…
— Но вы поняли меня неправильно. — Вернулся к теме Ван Илар, — Я не говорю об этой всепоглощающей власти, которую так жаждет заполучить ваша сестра. Я говорю об истинных правителях, о людях, которые смогли заслужить это место и уважение других.