Она уставилась на него широко распахнутыми глазами:
— Откуда мне знать?
— И правильно — откуда? Если, конечно, взять в сведение тот факт, что я там никогда не был. Я — Кайрин Эфресс, сын Сайзанга Эфресса, одного из самых богатых людей Лоури и лучшего друга покойного короля.
Девушка подозрительно выгнула бровь, будто бы проверяя, врет он или нет.
— Ты от нового короля? — Выпалила она, испугавшись.
— Нет, я с ним даже не знаком.
Кайрин не знал, то ли ей было удобнее коситься на него, а не прямо смотреть, то ли она специально выводила его из себя.
— Все могут ошибаться, ведьма. — Ухмыльнулся он.
— Тогда что тебе нужно, господин Эфресс? — Язвительно произнесла она.
— Травяная ведьма, которая сможет сделать так, чтобы глупые сельские идиотки не принимали меня за беглого каторжанина.
— Ах, вот как! — Девушка всплеснула руками, — Тогда прошу на выход — моего скудного умишки не хватит на то, чтобы вылечить вас, мой господин!
Кайрин нахмурился.
— Так ведь с тобой все обращаются? — Спросила она.
— Ты знаешь, что я бы никогда тебя не заставил разговаривать со мной так!
— Да ладно!? — Девушка вальяжно откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди.
— Почему тебе так хочется унизить меня? — Устало спросил парень, потирая глаза рукой.
— Потому что никто из вас не заслужил тех денег, что свалились вам на головы ни за что!
— А, я, кажется, понял. Ты ненавидишь всех, кто богаче тебя.
— Именно.
— Тогда что я должен сделать, чтобы ты помогла мне?
— Ничего, — Как-то слишком искренне ответила она, — я сама выберу, помогать тебе или нет.
Кайрин устало уперся локтями в колени. Разговор с этой девушкой выматывал похлеще, чем двухнедельный путь сюда. Он опустил глаза в пол, не желая больше говорить ни слова. Пусть решает, что хочет.
— И я помогу тебе. — Ее голос прозвучал как-то отдаленно.
Кайрин поднял глаза на нее, уже ищущую что-то в своей книге. Внезапно она с грохотом захлопнула том и поднялась со стула. Направившись к выходу, она обернулась:
— Я сейчас вернусь. А за это время постарайся запомнить хотя бы мое имя. Айвен Зетт.
Она уже скрылась, когда Кайрин осторожно подвигал перебинтованным плечом и с радостью подметил, что болеть оно стало чуть меньше. Неужели эта мерзость из травы действовала так хорошо?
Айвен действительно вернулась быстро. Она буквально влетела в дом со сложенной одеждой в руках и швырнула ее Кайрину:
— Кем бы ты ни был, воняет от тебя, хуже, чем от каторжанина. — Она указала на ведро с водой в углу, — Умоешься и переоденешься. Чтоб был готов к моему возвращению.
Айвен снова направилась к двери, но Кайрин успел спросить:
— А побриться можно?
— Твоя сумка в углу за ящиком. Если бритва есть — пожалуйста. А своих мы не держим. У наших мужчин принято ходить с бородой.
С этими словами она вышла, и Кайрин принялся искать сумку, радуясь долгожданному шансу привести себя в порядок.
Когда девушка вернулась, держа в руках штук десять небольших склянок, Кайрин был уже готов, хотя в спешке он поцарапал себе подбородок бритвой. Ему было прохладно в огромной рубашке, которая повисла на нем, как мешок, но парень не жаловался, потому что эта одежда хотя бы была чистой. Штаны на поясе он перевязал каким-то грубым шнурком, потому что они спадали при каждом движении. В общем, выглядел Кайрин, как идиот, но сейчас это его не волновало.
Расставляя бутылочки на столе, Айвен бросила на Кайрина поспешный взгляд:
— А ты моложе, чем я думала.
— Это комплимент? — Криво улыбнулся парень.
— Не дождешься! — Айвен перелила содержимое одной склянки в другую.
Отбивая пальцами на колене ритм, он покорно ждал, пока Айвен закончит со своими зельями, которые напоминали ему снадобья Чайса. Если есть яд, должно быть и противоядие. И Кайрин надеялся, что оно у Айвен было.
— Подойди. — Едва слышно позвала девушка.
Кайрин остановился возле нее, колдующей над какой-то цветной жидкостью, налитой в неглубокое блюдце. Рядом валялись засушенные травы, запах которых явственно чувствовался во всем доме. Глаза Айвен метнулись к лицу Кайрина, когда она подняла голову:
— Это похоже на то, что ты пил?
— Я не пил. Мне вкололи что-то. И я не видел, как оно выглядит. Чайс просто сказал, что это эликсир.
— Такой идиот может что-то и получше придумать, и это не значит, что надо ему верить. — Айвен прошлась глазами по своим многочисленным склянкам, — Если я права, конечно…
Кайрин уставился на серую жижу в блюдце, пытаясь вспомнить тот день, когда отец сотворил с ним это. Он не мог вытащить из глубин памяти цвет эликсира, ведь и не видел его толком.
— Судя по твоей крови, — Проговорила Айвен, — мои подозрения верны, а этот Чайс — редкостный идиот, не имеющий никакого понятия о магии зелий. Смотри!
Она взяла со стола небольшой кинжал и резким движением сделала на своей ладони маленький надрез. Капелька крови выступила на коже, и Айвен сбросила ее с руки прямо в чашу с эликсиром. Мгновенно кровь будто бы забурлила в жидкости, и Кайрин даже не заметил, как капля изменила цвет — с красного на черный — и уменьшилась в размерах.
Теперь он точно был уверен, что ему ввели именно это.
Айвен подняла на него глаза. Кайрин сосредоточенно кивнул.
— То есть, так реагирует любая кровь? — Спросил он.
— Нет. Этот эликсир нужен, чтобы узнать, есть ли в человеке магия или нет. Во мне, как видишь, есть. И в тебе тоже. Иначе ничего не происходит — кровь остается красной.
— Но они и так знали, что у меня есть магия! Зачем…?
— Повторяю: идиоты. — Перебила Айвен, — Скорее всего, он пытался улучшить эликсир, но проверить было не на ком, а тут подвернулся ты. Зачем они вообще это сделали?
— Мой отец хочет получить мою магию себе. — Вздохнул Кайрин, — И пытается сделать это разными способами.
— А ты…?
— Многоликий. — Пояснил парень.
Глаза Айвен округлились от удивления:
— Никогда не видела никого из вас! Честно, представляла вас иначе.
— Я не похож на остальных, — Улыбнулся Кайрин, — они ходят в шкурах и живут кланом, а я… мотаюсь где-то поблизости.
Он был удивлен тем, что Айвен не произнесла никакого колкого комментария в ответ. Девушка потупила голову, будто избегая смотреть ему в глаза. Наконец, она заговорила:
— Наверное, это прекрасно — уметь летать…
— Ну… довольно интересно. Главное, в дождь не попадать.
— А ты умеешь разговаривать с другими птицами?
— Не слишком хорошо, но вполне сносно. С людьми все же проще.
Айвен вздохнула и уперлась ладонями в стол:
— В общем… я знаю, как тебя вылечить.
— Интересно послушать…
— А посмотреть не интересно будет? — Ухмыльнулась Айвен, — Садись.
Кайрин подчинился и заметил, что в руках у девушки уже был шприц. Она набирала в него какую-то пугающую жидкость, но парень не чувствовал того страха, который испытывал тогда, перед Чайсом. Айвен хотелось доверять.
Взглянув на него, девушка захихикала. Кайрин вздернул бровь.
— Ты свое лицо видел? — Смеясь, спросила Айвен, — Ты похож на трехлетнего ребенка, которого впервые привели к лекарю.
Кайрин пытался выглядеть серьезнее, но не смог держать смех:
— У меня на то свои причины.
— Закатывай рукав, храбрец. — Подходя к нему со шприцом, попросила Айвен, — И подвинься.
Она села рядом, почти касаясь плеча Кайрина. Парень решил смотреть на ее взлохмаченные волосы, чтобы не видеть, как игла протыкает кожу. Он понимал, что ведет себя, как ребенок, но ничего не мог с этим поделать.
Кайрин почувствовал укол, почувствовал, как Айвен ввела что-то ему под кожу, но уже перестал бояться. Он стиснул челюсти, ожидая испытать такой же прилив боли, как и в прошлый раз, но сейчас его не было. Парень не заметил, что зажмурился и даже не сразу понял, что Айвен теребит его за плечо:
— Эй! Ты чего?
Кайрин тряхнул головой: