— Я понял: при любой возможности мне свернут шею.
— Ну… — Протянула Айвен, улыбнувшись, — Можно и так сказать. Да и вообще тебе нужно набираться сил.
— То есть, подыхать от скуки! Спасибо!
— Поверь, с нашими парнями тебе будет не веселее. — Уверила Айвен.
— А с девушками?
— Тем более. — Отрезала Айвен, — Ты готов к тому, что тебе будут указывать на то, что ты должен быть… другим?
— Не слишком. По крайней мере, наши девушки мне такого не говорили.
— А что говорили? — Айвен хитро улыбнулась.
— Что у меня великое будущее. И состоит оно из двух слов: папочкино наследство. Но это я понял уже сам.
Айвен засмеялась:
— Я думала браки по расчету любят только у нас.
— Их любят везде. — Возразил Кайрин, — Но у вас они… выглядят самобытнее. Здоровенный пятидесятилетний амбал с боевым топором за спиной и пятнадцатилетняя девочка!
— Что ты имеешь против боевых топоров? — Усмехнулась Айвен.
— То, что я их не подниму. А если и подниму, то взмахнув, упаду вместе с ним.
— Прекрасные боевые навыки! У нас пятилетние дети способны на большее.
— Зато я без зазрения совести смогу вонзить кинжал в сердце своему врагу, улыбаясь ему в лицо.
— Сомнительное достижение. — Скривилась Айвен.
— А у меня других и нет. Все, кто меня знает, могут сказать одно: я — плохой человек. — Говоря это, Кайрин уставился в пол, будто с горечью признавался в чем-то страшном.
— Я не могу так сказать о тебе. — Глухо ответила девушка.
— Это потому что ты слишком мало меня знаешь, — С бескрайней тоской продолжил парень, — и я еще не успел сделать тебе что-то плохое.
— А разве ты хочешь этого: сделать мне что-то плохое?
— Нет… нет. — Он вздохнул и посмотрел Айвен в глаза, — Но так всегда получается — я порчу жизнь даже тем, кого люблю. Любил.
— Ты этого не знаешь. — Возразила Айвен.
— Знаю! — Рявкнул парень, — Я ничего не могу с собой поделать. Будто бы я не могу собой управлять… — Его голос сорвался, но Кайрин сразу же продолжил, уже с какой-то яростью, — Я же ведь знаю, вижу, своими глазами вижу, что Эралайн любит меня. Зачем, зачем ей это!? Как можно полюбить меня, а главное — за что? Я бросил ее одну, обрек на столько лет страданий, а когда вернулся, то понял, что… я для нее не друг, как она для меня. Она — честная, сильная, смелая — и полюбить такую крысу, как я! Мне приходила мысль: ответь ей взаимностью, ради того, чтобы не расстраивать ее, но я смотрю на нее и понимаю, что не чувствую ничего. Пустота. Выжженное поле, и даже пепла нет.
Он закрыл лицо руками, и Айвен показалось, что парень сейчас заплачет от злости на самого себя. Кайрин казался ей довольно скрытным, и она была удивлена такой неожиданной исповедью.
Его любила какая-то девушка, к которой он не чувствовал ничего. Знал бы он, какие мысли витали в голове Айвен!
— Успокойся! — Вскрикнула Айвен, пытаясь заставить свой голос звучать холодно, — Если ты ее не любишь, это не значит, что ты последняя тварь!
Глаза Кайрина будто немного прояснились, когда он убрал ладони с лица.
— Извини, — Глядя куда-то в сторону, прошептал он, — сам не понимаю, зачем начал об этом.
Уходя из лазарета, Айвен думала о том, что он сказал и даже, наверное, начала подозревать, что стоит на пороге большой ошибки.
Недалеко от деревни находился небольшой редкий лесок, куда Айвен уходила не только, чтобы поохотиться, но и проветрить мозги в абсолютной тишине. Снег здесь уже начал сходить — среди невысоких и довольно редких для леса деревьев он долго не залеживался — и под ногами у девушки уже приминалась прошлогодняя поблекшая трава.
Она перешагнула ствол давно упавшего дерева и прислушалась к голосам птиц, щебечущих что-то в кронах наверху. Можно было по-быстрому застрелить птицу и уйти отсюда, но Айвен не хотелось покидать это спокойное место. Она прижалась к стволу одного из деревьев и уставилась на небо, чуть прикрытое еще голыми после зимы ветвями.
С тех пор, как в деревне появился Кайрин, прошла неделя, и Айвен видела, как он рвался уехать отсюда. Ему действительно стало намного лучше, но девушка лгала, отрицая это, снова и снова, каждый день. Она не могла, а может, не хотела признаться себе в том, что еще ни с кем ей не было так легко.
Когда-то она думала, что можно прожить жизнь, лишь поверхностно общаясь с людьми — только по делу, не залезая в душу и не привыкая к обществу этого человека. И вот она сама совершила ошибку — позволила Кайрину стать тем человеком, без которого ей становилось невыносимо, будто она была уже не той Айвен, к которой привыкла. И как эта незнакомая ей девушка прожила так семнадцать лет?
Она не была привязана ни к кому, даже с Далли могла не видеться месяцами, и это ее не угнетало. А теперь Айвен стояла посреди леса, в тишине и спокойствии — она только и мечтала об этом каждый день, когда люди лезли к ней со своими просьбами и советами — и думала о том, как ей не хватает Кайрина.
Влюбилась ли она? Конечно же, нет. Любить надо за что-то, а за что можно полюбить этого парня?
Поудобнее перехватив лук, девушка двинулась вперед, пытаясь разогнать мысли быстрой ходьбой. Услышав позади треск упавших под ноги веток, Айвен поняла, что сзади кто-то был. Что, если это королевские солдаты!?
Выхватив стрелу из колчана, Айвен натянула тетиву и приготовилась стрелять в преследователя. Обернувшись, она выругалась.
— Кайрин! — Фыркнула она, — Ты напугал меня!
— Я смотрю, ты готова ко всему. — Указав на ее заряженный лук, улыбнулся парень.
— Зачем ты сюда пришел? Тебя не заметили в деревне?
— Ты видишь на моем лице следы побоев? Нет! Значит, не заметили.
— Я приказала тебе сидеть в лазарете. — Непреклонно заявила Айвен.
— Да не могу я уже там находиться! Меня уже тошнит от одного его вида!
На плечах у Кайрина был небрежно наброшен камзол, в котором он сюда приехал. Волосы он зачесал назад, но они все равно как-то по-дурацки топорщились. Он выглядел так, будто собрался…
— Ты опять хочешь ехать!? — Не глядя на него, рявкнула Айвен.
Уверенными шагами она пошла вперед, оставляя Кайрина позади и будто чувствуя, что он бросится ее догонять.
— Я не могу сидеть здесь вечно! За это время мой отец…
— Ах, да — взойдет на престол! — Айвен резко остановилась и повернулась лицом к Кайрину. Он едва в нее не врезался, — Интересно, что же ты сможешь с этим поделать? Убить его?
— Если только запытать до смерти… — Отведя глаза, буркнул Кайрин себе под нос.
— Разве ты не понимаешь, что месть до добра не доводит?
— Но он должен поплатиться за то, что совершил!
— Тогда убей его! — Айвен понимала, что выход, который она предлагает, ужасен, но другого варианта у нее не было.
— Не могу. Это слишком просто для него. Я хочу, чтобы его все возненавидели. Чтобы люди разорвали его собственными руками!
— Тогда не закрывай для него дорогу к трону, и вскоре его возненавидят, как и всех предыдущих королей.
Кайрин потупил голову. Казалось, он сам себя завел в тупик. Его разум был лабиринтом, из которого он сам до сих пор не мог найти выход.
— Ты просто не знаешь, чего хочешь! — Подытожила Айвен.
Развернувшись, она пошла дальше, не слыша позади себя шаги. Оборачиваться, чтобы понять, что Кайрин не сдвинулся с места, она не стала. Но уже в следующее мгновение волна слабости накрыла ее с головой, и ноги Айвен отказались ей служить. Девушка рухнула на землю, и перед ней разверзлась пропасть темноты.
Айвен едва не закатила Кайрину коленом в челюсть, когда внезапно очнулась и поняла, что он несет ее на руках. Над ними нависло пасмурное северное небо, словно плотное полотно из тяжелых снеговых туч. Кайрин нес ее по пустому полю в сторону деревни.
— Поставь меня! — Девушка брыкнулась у него на руках.
Кайрин подчинился, но Айвен снова едва не упала, оказавшись на ногах. У нее кружилась голова, а перед глазами будто бы висела мутная пелена, но мысли были ясны, как никогда.