Единственное, чего недоставало, это бочонка аргонатского зля. После жаркой утренней работы глоточек зля, этак с два-три галлона, был бы в самый раз.
Хвостолом перевернулся, поменяв положение. Сейчас он немного потерял в весе и ощущал, какими упругими и здоровыми стали его спина и плечи. Дни физической работы хорошо повлияли на мускулы. Даже несмотря на регулярные упражнения, образ жизни драконов на борту был нездоровым. Базил искренне надеялся, что путешествие скоро окончится. Он устал от тесноты и недостатка пространства. Еще он устал от искушения океаном. Лучше бы поскорее уйти от его запахов. Все драконы лишились покоя – за исключением Пурпурно-Зеленого, конечно. Ну а Базил лучше чем кто-либо понимал почему. Временами он испытывал неодолимый соблазн прыгнуть за борт, в лоно океана. Когда они снова оказались на суше, искушение пропало. Драконы существовали внутри человеческой военной машины, и ее рутина давала им чувство бессознательного комфорта. Им нужно было только маршировать, выполнять приказы и тренироваться. И есть. И, конечно, сражаться. Все это виверны любили. Особенно они любили есть и сражаться.
Больше того, как и все драконы, Базил был заинтригован слухами, что они могут встретиться со своими собственными легендарными предками.
Эйго был темным континентом, большей частью лежащим в тропических широтах. Очертаниями он напоминал заглавную «А», вершина буквы упиралась в северный тропик, экватор же делил континент надвое. Легенды говорили об обширном внутреннем море в самом сердце Эйго. Море это называлось Набом (Н-ах-б) Эйго, и на его карте были отмечены невероятные глубины и действующие вулканы.
Это были очень странные воды, как говорила молва, хранящие в себе создания, давно исчезнувшие в остальных частях мира. Там встречались животные, похожие на драконов; предполагалось, что живут они исключительно в воде.
Чем ближе подходил флот к берегам Эйго, тем больше историй припоминали как моряки, так и легионеры, а между ними, пересказывая особо любопытные слухи, курсировали драконопасы.
Легендарные предки вызывали множество споров. Собственно говоря, как раз о них сейчас и толковали в Сто девятом.
Блок слышал, что у драконов из озера Наб, что на континенте Эйго, очень вытянутая шея и четыре плавника вместо конечностей.
– Как такие могут быть нашими предками? – хотел знать Влок.
– Я думаю, они ими и не являются, – отвечала Альсебра, – когда-то давно я слышала, что мы произошли от короткошеего вида, жившего в северных океанах.
– Могут ли виверны скрещиваться с этими длинношеими из внутреннего моря? – интересовался Роквул, молодой кожистоспинник.
– О! Роквул помышляет об оплодотворении яиц предков! – сказал со смешком Влок.
– Все мы знаем, что Влок предпочел бы лучше съесть их яйца, – заявил Пурпурно-Зеленый ехидно.
– Отвечаю на вопрос кожистоспинного, – отозвалась Альсебра, – скорее всего нет.
– Но ведь наш вид может скрещиваться с дикими драконами, есть жизнеспособные экземпляры.
Все знали, что Роквул говорит о Базиле и дикой зеленой драконихе по имени Высокие Крылья. Их дети, молодые Бранер и Гренер, родились крылатыми и летали не хуже своей матери. Сейчас они жили на крайнем севере, охотясь на северных оленей карибу и мамонтов.
– Это правда, но ведь виверны и дикие драконы имеют общего предка. В нас течет одна кровь.
– Да, да, конечно, – последовали кивки, и несколько драконов заворочались, поудобнее устраиваясь у озерка.
– Тогда, выходит, мы и здешние очень разные?
– Да.
Жаль, но таково было положение вещей: нечего было и думать о том, чтобы пытаться оплодотворить яйца морских чудовищ.
Базил вполуха слушал все эти разговоры, одновременно с нежностью размышляя о своей «семье». Наверное, они охотятся на белых медведей, можно не сомневаться. Дикие драконы непомерно сильны и свирепы.
«Возможно, даже слишком сильны», – подумал он. Его малютки не выражали особенного почтения отцу. Больше того, они бранили папочку за отсутствие крыльев. Хвостолом снисходительно усмехнулся. Они дики и прекрасны, так же как и их мать. Возможно, когда-нибудь он снова возляжет с зеленой драконихой.
Тут кто-то толкнул его в плечо.
Базил повернулся. Встревоженный человек в туземном платье – простая белая туника и алая головная повязка – отскочил назад. За его спиной стояли двое других, с ними была повозка, нагруженная маленькими бочонками.