Командир эскадрона Уилиджер выскочил наперерез виверну. Были там и другие люди, с луками и стрелами наготове. Были и копьеносцы.
– Дракон Базил, ты должен остановиться немедленно! – проорал Уилиджер.
– Женщина должна мне ответить! Это все, чего я прошу, все, чего может просить хороший дракон. Позволь мне спросить ее. Потом делай все, что хочешь.
Уилиджер отскочил назад, и две с половиной тонны кожистоспинного дракона прошествовали мимо.
– Не стреляйте! – заверещал командир эскадрона. Там же стоял адмирал Кранкс, округлив рот буквой «О». Командор Вулворд мчался вверх по ступеням. Капитан Олинас с потемневшим от ярости лицом потянулась к мечу.
– Не стрелять! – крикнул Вулворд. Люди послушались и опустили луки.
Кранкс едко посмотрел на него:
– Вы превышаете ваши права, командуя на мостике.
Капитан Олинас кинулась с мечом в руках между драконом и кроватью у фальшборта.
– Ты не имеешь права здесь находиться! – вскричала она, поднимая меч.
Дракон пристально посмотрел на капитана. Инстинктивный, первородный ужас затмил ее разум, и она впала в драконий столбняк. Базил просто прошел мимо и остановился перед кроватью. Бирджит не могла отвести взгляд от глаз виверна.
– Я знаю, ты не боишься драконов. Я много-много раз видел тебя в наших помещениях.
Бирджит моргнула, глядя на него. В столбняк она не впала.
– Мой мальчишка испорчен, но не настолько испорчен. Он еще и глупый, но не так глуп. Я знаю, мой мальчишка никогда не хотел оплодотворять твои яйца.
Бирджит чувствовала, что взгляд дракона пронизывает ее насквозь.
– Моего мальчика высекут, потому что он пытался тебе помочь. Я знаю, что случилось. Ты знаешь, что случилось. Ты должна им сказать.
Бирджит струсила. Дракон, казалось, смотрел в самую ее душу. Ее бесчестье вышло на свет перед всеми. Женщина закрыла лицо руками и разразилась судорожными рыданиями:
– Я не хочу, чтобы кому-нибудь было плохо.., я не знаю…. Мне так стыдно.
– Мальчик Свейн, он ударил тебя, защищаясь, дракон уверен в этом. Он ранил тебя, потому что не хотел оплодотворить твои яйца.
Захлебываясь в рыданиях, Бирджит во всем призналась, потом уставилась в фальшборт. Дракон повернул свою огромную голову в сторону офицеров:
– Вы слышали, мальчики невиновны. Теперь дракон пойдет к себе.
И пока они глазели на него наполовину в ужасе, наполовину в ярости, гигант повернулся и по скрипящим ступеням спустился с мостика, прошел по шкафуту и скрылся в открытых дверях трюма.
Глава 22
Ну вот и все, Джак, – сказал Релкин. Он стоял с подветренной стороны, облокотившись на фальшборт, и разглядывал уже близкую землю. – Наше плаванье окончено.
– Не могу дождаться, когда снова окажусь на суше. Мы так долго были заперты на этом корабле.
Линия желтых скал, окаймленных бриллиантовой зеленью, уже маячила на юге прямо по курсу. Белый прибой бился о скалы, над которыми кружились миллионы морских птиц: тупики и олуши летали своими путями, эскадроны пеликанов и чаек – своими.
– Темный континент, мы добрались, а, ребята? – воскликнул Свейн, присоединившийся к ним.
– Мы все-таки добрались… – тихо произнес Релкин.
По вантам спустился Мануэль. К концу плавания в нем проснулся интерес к мореходству, и теперь он проводил массу времени на снастях, учась всему, чему можно, у моряков на марсах.
– Уже видны Согош и вход в канал сквозь рифы.
– Как далеко?
– Теперь – всего в нескольких милях, будем там в полдень, если ветер продержится.
Все подняли головы и воззрились на вздымающиеся над ними белые паруса. По мере приближения к Эйго ветер становился все слабее и непостоянней и несколько раз стихал за последние дни. Противнее ничего не могло быть для моряков и легионеров, раздраженных до крайней степени долгими месяцами плавания.
– Будем надеяться, старый Каймо все-таки выбросит за нас кости, – сказал Мануэль, проникшийся верой Релкина в то, что им помогает рука старого бога.
– Будем, – все, что сказал в ответ Релкин. Он сам вышел из великого сражения при Сприанском кряже в твердой уверенности, что Каймо лично вмешался в его судьбу. Великая Мать может, конечно, править на небесах, но Каймо каким-то образом все-таки уцелел.
– Кто-нибудь видел Уилиджера? – спросил Мануэль.
– С завтрака – нет. Я слышал, он отправился в гости к адмиралу, – сказал Свейн.
– Может, нам повезет и его переведут во флот? Они рассмеялись, представив подверженного морской болезни Уилиджера в роли моряка.