— Так вот, в каллиграфии освоение базового иероглифа занимало несколько лет. Ученик исписывал от четырехсот до шестисот листов в день.
— С ума сойти можно… А я напишу сочинение на два с половиной листа и уже выдыхаюсь, — сказал Юрка. — Нет, я бы по шестьсот листов в день не написал точно. Трудяга этот Ямаскэ.
— К сожалению, напряженный труд и изнуряющие тренировки на пределе возможностей не прошли бесследно для здоровья мастера.
— Мой папа всегда говорит, что перетренировка вредна для организма, — заметил Юрка.
— Да, согласен, — кивнул Шатров, — просто Ямаскэ посвятил свою жизнь искусству фехтования и каллиграфии.
— А что с ним случилось? — спросил Круглов.
— Когда Ямаскэ было пятьдесят лет, он тяжело заболел. Но несмотря на мучавшую его болезнь, он никогда и никому не жаловался. Мастер продолжал упорно тренироваться до последних своих дней. Незадолго перед смертью по обычаю самураев Ямаскэ написал хайку — короткое философское стихотворение:
Однажды Ямаскэ поднялся в пять утра, как обычно, вымылся, надел чистую белую одежду и сел. Он закрыл глаза, сделал глубокий вздох и… умер в окружении семьи и самых близких учеников…
Вовка замолчал. Потрясенный рассказом, некоторое время Юрка не мог произнести ни слова. Наконец он сказал:
— Интересная история. И жизнь необыкновенная у этого человека. Так тренироваться даже будучи тяжело больным… Да…
— Это был выдающийся мастер, которого вспоминают и теперь, — произнес Вовка.
Друзья еще долго разговаривали, пили чай. Перед уходом Юрка спросил:
— Во сколько завтра начнутся соревнования?
— В десять часов утра в спорткомплексе, — ответил Шатров.
— Отлично. Я приду завтра за тебя болеть. Смотри, не подкачай.
— Постараюсь, — коротко ответил Вовка и, немного помолчав, сказал:
— Теперь у меня будет два верных болельщика.
— А кто второй?
— Мой отец, — улыбнулся Шатер.
— При такой поддержке ты просто обязан выиграть, — хлопнув друга по плечу, сказал Юрка и, открыв дверь, вышел.
Возвратившись в свою комнату, Вовка еще некоторое время читал. После этого он пошел в ванную, принял душ и почти сразу же уснул.
Утром он сделал в комнате легкую разминку, после чего тщательно растянул мышцы ног, спины. Закончив с упражнениями, Шатров пошел в ванную умываться и чистить зубы.
За завтраком отец спросил у него:
— Ну, как чувствуешь себя? Готов к бою?
— Все отлично, — жуя отбивную, уверенно ответил Вовка, — буду биться только за победу. Кроме первого места для меня больше ничего нет.
Игорь Андреевич пристально посмотрел в лицо сыну:
— Такой настрой мне нравится. Плотно позавтракай и пойди отдохни в своей комнате. Просто ляг, расслабь все мышцы и, самое главное, ни о чем не думай. Ни о чем…
— Хороший совет, папа. Я так и сделаю.
Вовка Шатров уверенно выиграл три поединка и вышел в финал. В финале он должен был встретиться с Александром Брусловым из Перми. Один бой Бруслова Вовка видел раньше. И будущий соперник произвел на него впечатление: сильный, хорошо подготовленный, техничный, волевой. «Ничего… Чем сильнее противник, тем интереснее схватка», — подумал Шатров.
Перед финальными боями объявили получасовой перерыв. Вовка и его тренер Олег Станиславович Варша уединились в раздевалке.
— Молодец, хорошо бился. Но сейчас самое трудное — финал. Соперник очень силен. Но и ты не слабее его. Выиграет тот, кто будет сражаться до последней секунды с непоколебимой уверенностью в победе, — произнес тренер. — Понимаешь?
— Да, понимаю, — сев и расслабившись на скамейке, ответил Шатров.
— Ты должен навязать сопернику свою волю и не отступать ни на шаг. Он любит все время атаковать. А ты заставь его больше обороняться. Атакуй сам. Но не безрассудно. Готовь атаку и тогда смело иди вперед.
— Хорошо, — коротко ответил Шатров.
— Ты пока полежи, расслабься. Тебе необходимо восстановить силы, — прохаживаясь по раздевалке, сказал Олег Станиславович, а я пока кое-что тебе расскажу.
Вовка вытянулся на скамейке, слегка прикрыв глаза.
— Как ты знаешь, мы друзья с твоим отцом. Вместе воевали в Афганистане, — начал тренер. — Так вот, я хочу рассказать тебе один случай из той войны. — Олег Станиславович на мгновение замолчал и продолжил:
— Наша группа получила задание прочесать один из районов. Дело в том, что предположительно в этом районе стингером был сбит наш самолет. Мы должны были найти нашего летчика. Он не выходил на связь, но все надеялись, что ему удалось катапультироваться и выжить. Помимо нашей группы на прочесывание предполагаемого района падения вышли еще несколько спецгрупп. Нас выбросили с вертолетов, и мы начали прочесывать горную местность.