— А можно и я с вами поеду? — спросил стоявший в углу Вовка.
— А кто это? — спросила врач.
— Это мой друг, — сказал Юрка. — Настоящий друг…
Женщина улыбнулась:
— Настоящий друг может поехать с нами.
Сергей Дмитриевич отнес сына на руках к машине и усадил на заднее сиденье. Рядом с Юркой сел Вовка. Через несколько минут «Фольксваген» подъехал к одному из корпусов больницы.
— Подъезжайте поближе к ступенькам, — сказала сидевшая впереди врач.
Сергей Дмитриевич понес Юрку на снимок, а Вовка остался ждать в коридоре. У Юрки, как и говорила врач, оказался растянутым голеностопный сустав. Его отпустили домой, но сказали приезжать в поликлинику на процедуры.
— Я его на машине буду доставлять в поликлинику, — сказал Сергей Дмитриевич.
— И еще: неделю, не меньше, мальчик должен провести в постели. Больной ступне нужно дать максимальный отдых, — предупредила врач.
Когда ехали домой, Юрка спросил:
— Как ты думаешь, папа, я выиграл финальный бой или нет?
— Если честно, не знаю, — пожал плечами Сергей Дмитриевич. — Но одно я знаю точно: с такой силой воли, как у тебя, ты выиграешь сотню разных турниров. У тебя все впереди. Несмотря на травму, ты бился до конца, и бился достойно.
— Я просто хотел победить, — произнес Юрка.
— Ты скажи мне, как можно фактически на одной ноге послать противника в финале в нокдаун? — улыбнулся Сергей Дмитриевич.
— Просто он сильно разогнался, а я выбросил вперед правый кулак. Вот Бобров и налетел, — пошутил Юрка и добавил: — Если бы не травма, я бы побил его еще во втором раунде.
— Я не сомневаюсь, — улыбнулся Сергей Дмитриевич. — Ты настоящий боец. А в боксе это очень ценное качество. Да и не только в боксе, а и в жизни вообще.
Помолчав немного, Юрка сказал:
— Пап, а может, съездим сейчас в клуб и узнаем, кто победил?
— Зачем? Я позвоню из дома и все узнаю. Не переживай.
— Хорошо, — согласился Юрка.
Вовка помог отнести в дом Юркину спортивную сумку и сказал другу, которого Сергей Дмитриевич положил на постель:
— Выздоравливай. Я завтра к тебе вечерком зайду после тренировки.
Глава 19
Непривычно было Вовке бежать в понедельник утренний кросс одному, без друга. Он так привык, что они всегда бегут рядом. Вовка часто оглядывался, словно искал глазами Юрку, который, казалось, просто немного отбежал в сторону и вот-вот должен его нагнать. Но Шатров продолжал бежать, а Юрки все не было.
На тренировке Вовка тоже работал без огонька. Это заметил даже тренер.
— Ты сегодня какой-то сам не свой, — подойдя к Вовке, сказал Олег Станиславович. — Что-то случилось?
— Мой друг Юрка получил травму. Сейчас дома лежит, — с грустью сказал Шатров.
— К сожалению, в спорте травмы случаются нередко. Так что не надо сильно переживать. Наоборот, ты должен поддержать сейчас своего друга, поднять ему настроение, и тогда он быстрее поправится. Понял?
— Да, кажется понял, — вздохнул Вовка.
— А сейчас постарайся сосредоточиться на тренировке, — посоветовал Олег Станиславович и отошел в сторону.
Вовка так и сделал. И на душе стало полегче. После тренировки, не заходя домой, Вовка сразу же свернул к подъезду Юркиного дома. Дверь открыла Людмила Андреевна.
— А, это ты, Вова, — сказала она тихо. — Раздевайся, проходи. Может, хоть ты поднимешь ему настроение. А то лежит весь день, почти не разговаривает, отказывается от еды.
— А что случилось? Ему стало хуже? — обеспокоенно спросил Вовка.
— Дело не в травмированной ноге. Впрочем, он сам тебе все расскажет, — открывая дверь Юркиной комнаты, сказала Людмила Андреевна.
Юрка лежал, повернувшись лицом к стене.
— Привет, Круг. Как дела?
Юрка вздрогнул и повернул голову.
— А, это ты. Привет… Проходи, садись.
Вовка сел в кресло напротив друга.
— Ты с тренировки?
— Да, с тренировки. А ты чего не в настроении?
— Да откуда тут настроению браться — лежишь целый день один… Тоска зеленая… Тренироваться хочу.
— Потерпи немного. Боль терпел, и это терпи. Скоро начнешь тренироваться. Все будет нормально, — бодро сказал Шатров, стараясь поддержать друга.
— Батя новость плохую принес. Проиграл я этому Боброву. По очкам проиграл. Обидно, — тяжело вздохнул Юрка.
— Вот оно что… А по-моему, ты выиграл самый тяжелый бой.
— Жалко, что судьи думают не так, как ты, Шатер.
— Да я о другом.
— О чем же?
— Ты выиграл бой у самого себя… Ты победил свою боль. Ты сражался на пределе. Вряд ли кто-нибудь еще так смог бы. В каратэ говорят: «Если ты сможешь победить себя, значит, ты сможешь победить любого соперника». Я уверен, что в следующем бою с Бобровым, когда ты оправишься от травмы, ты обязательно у него выиграешь.