Жадность к зверю в старину имела еще и другое название — «сердце», то сердце, о котором говорят: «от всего сердца», «в сердцах» и т. п. «Жадность к зверю» — таких слов теперь не услышишь. А это неправильно. Ведь жадность к зверю, страсть к поимке его — это серьезный двигатель борзой, немалая сила, бросающая собаку в неистовую погоню и заставляющая к тому же хватать и ловить зверя.
С жадностью к зверю Н. Н. Челищев в книге «Борзая» связывал еще два свойства борзой: пруткость — исключительную резвость накоротке и бросок. В настоящее время термин «пруткость» ушел из обихода борзятника.
Н. Н. Челищев уточнял описание броска:
«Бросок это не есть один скачок, а совокупность нескольких молниеносных скачков подряд. Бросок делается собакой в то время, когда расстояние между нею и зверем достаточно сократится, обыкновенно метров до 20. Глазом нельзя уловить, как она проносится эти последние 20 метров, а иногда и более, и только можно видеть, как она поймает зверя или, промахнувшись, проносится с такой стремительностью, что нередко не удерживается на ногах и катится колесом через голову…
…без броска не может быть эффектной ловли и поимки…
Чтобы обладать броском, собака должна иметь, помимо могучего сердца, стальные мускулы, и эти-то мускулы дают ей возможность быстро справляться на угонках, и отсюда вытекает ее качество — „изворотливость“».
Ловкость на угонках. Угонкой называется момент, когда заяц или лисица, настигнутые борзой, бросаются в сторону, а собака, как бы промахнувшись, проносится мимо. Чем быстрее она справится после угонки, тем труднее зверю отделаться от нее и тем больше у нее надежды на успех. Редко удается борзой поймать зверя без угонок, поэтому ловкость на крутых поворотах очень важна. Это свойство при наличии известных физиологических качеств так же, как и умение ловить, более всего развивается у борзых практикой.
Поимистость — способность поймать зверя. Нередко это врожденное свойство собаки. Есть борзые, которые «бьют и бьют зверя на угонках», а заловить долго не могут. Бывает, много поскачет борзая на охоте, ну и научится ловить. Но встречаются и такие собаки, которым никакая практика, никакой опыт не помогают — так и остаются они непоимистыми.
Однако непоимистую, но по-настоящему резвую борзую не следует браковать. Пусть она угонками не дает хода зверю, а ее напарница, хотя бы и «тупица», ловит. В настоящее время, как было и прежде, немногие борзые ловят в одиночку, поэтому большинство борзятников и теперь держат по 2–3 собаки, либо несколько охотников, имеющих по одной борзой, охотятся вместе.
Зоркость — это не только отличное зрение, но и неослабевающее внимание, и умение мгновенно заметить зверя, где бы он ни вскочил. К зоркости относится также и способность не потерять зверя на скачке, в высокой траве, оврагах и т. п. Зоркость борзой позволяет ей заметить зверя на таком большом расстоянии, на каком собаки других пород его не разглядят, а человек увидит лишь тогда, когда у него с собой бинокль. Зоркая борзая иногда в бурьянах преследует зверя, не видя его, а лишь догадываясь, где он бежит, по колебаниям верхушек травы или по его мельканию изредка в куртинах бурьяна или тростника на пересохших болотах.
Сила необходима для резвой скачки. Недаром же у настоящей охотничьей рабочей борзой мускулы на бедрах (черные мяса) и на плечах выпирают буграми. А мало ли силы нужно борзой тратить на крутых поворотах угонок? Одно только торможение с полного карьера, одно, хоть на миг, прекращение отчаянной скачки требует силы и силы. И не случайно, что борзые тем меньше проносятся на угонках, чем богаче их мускулатура.
Но и сама поимка такого зверя, как заяц, лисица, сурок и другие, тоже требует значительно большей силы, чем при работе легавой, хотя любой охотничьей собаке необходимо обладать силой и сильной развитой и натренированной мускулатурой.