Мужчины моргали, пытаясь протереть глаза, когда они вглядывались вниз сквозь мерцающие волны жары. У обоих возникло кратковременное впечатление, будто там мелькнул свет, отразившийся в бесчисленных шпилях и колоннах, которые, казалось, на миг заполнили неглубокую котловину и тут же исчезли, как мираж.
Всё еще помня о своей ссоре, но воодушевлённые одной и той же невысказанной мыслью, археологи стали спускаться по длинному склону, направляясь прямо к углублению. Если на этом месте находился какой-то древний город, возможно, у них появится надежда найти колодец или источник воды.
Они приблизились к краю котловины, крайне озадаченные правильностью её очертаний. Конечно, это не могло быть работой природы. Возможно, она была выкопана только вчера, поскольку на её отвесных стенах, казалось, не было никаких следов разрушений от ветра и непогоды. Дно было удивительно гладким, если не считать множества квадратных ям, которые походили на подвалы разрушенных или ещё не построенных домов некого аккуратно расчерченного квартала. Растущее изумление, предчувствие и тайны беспокоило двух мужчин. Периодически их ослепляли мимолётные вспышки света, который, казалось, переполнял котловину с её призрачными башнями и колоннами.
Археологи остановились в нескольких футах от края, недоверчивые, сбитые с толку. Каждый начал задумываться, не повлияло ли солнце на его разум. Их ощущения напоминали зарождающийся бред. Посреди волн поистине печного жара, со стороны широкой котловины на них словно повеяло какой-то ледяной прохладой. Влажная, но освежающая, такая, что может исходить от каменных стен в глубокой тени, прохлада оживила ослабевшие чувства археологов, возродив их желание разобраться с этой необъяснимой тайной.
Прохлада стала еще более заметной, когда они вышли на самый край обрыва. Здесь, вглядываясь вниз, археологи увидели, что гладкие ровные стены повсюду уходили на глубину в двадцать и более футов. На гладком дне котловины мрачно и непостижимо зияли ямы, похожие на погреба. Пол вокруг них был свободен от песка, гальки и обломков камня.
– Господи! Что ты думаешь об этом? – пробормотал Фарнхэм, обращаясь скорее к самому себе, чем к Лэнгли.
Он наклонился над краем, глядя вниз, переполненный лихорадочными и безрезультатными предположениями. Решение этой загадки находилось за пределами его познаний – он не встречал ничего подобного за всё время своих исследований. Однако озадаченность отступила перед другой, более насущной проблемой – как им спуститься вниз по отвесным стенам? Жажда и надежда найти воду в одной из ям были на тот момент для них важнее, чем происхождение и природа квадратной котловины.
Внезапно, пока он стоял, наклонившись над провалом, его охватило какое-то головокружение, и земля, казалось, сместилась под его ногами. Фарнхэм пошатнулся, потерял равновесие и упал с края обрыва.
В полуобморочном состоянии он закрыл глаза, чтобы не видеть, как летит вниз с двадцатифутового обрыва, но практически в тот же миг ударился о какую-то поверхность. Поражённый, ничего не понимающий Фарнхэм обнаружил, что лежит, распластавшись на животе, поддерживаемый в воздухе некоей твёрдой, плоской и невидимой субстанцией. Его раскинутые руки столкнулись с препятствием, холодным, как лёд, и гладким, как мрамор. Холод проник сквозь его одежду, когда он лежал, глядя вниз, в пропасть. Винтовка вырвалась у него из руки, когда он падал, и теперь висела в воздухе рядом с ним.
Он услышал испуганный крик Лэнгли, а затем понял, что тот схватил его за лодыжки и тащит назад к обрыву. Фарнхэм почувствовал, как невидимая поверхность скользит под ним, ровная, как бетонный тротуар, и скользкая, как стекло. Затем Лэнгли помог ему встать на ноги. Оба ненадолго забыли о своих разногласиях.
– Скажи, неужели я сумасшедший? – воскликнул Лэнгли. – Я думал, что с тобой всё кончено, когда ты упал. В любом случае, на что мы наткнулись?
– Недурственно я споткнулся, – размышлял Фарнхэм, рефлекторно пытаясь собраться с мыслями. – Эта котловина покрыта чем-то твёрдым, но прозрачным, как воздух; чем-то неизвестным ни геологам, ни химикам. Бог знает, что это за покрытие, откуда оно взялось и кто его там положил. Мы обнаружили тайну куда поинтересней Кобара. Полагаю, мы должны это исследовать.
Он шагнул вперёд, очень осторожно, всё еще опасаясь упасть, и остановился, словно подвешенный в воздухе над котловиной.
– Если ты можешь это сделать, думаю, что и я смогу, – сказал Лэнгли, последовав за товарищем. С Фарнхэмом во главе оба археолога пошли через котловину, медленно и осторожно двигаясь по невидимому покрытию. Ощущение от кажущейся пустоты под ногами, словно они шли по воздуху, было неописуемо странным.