Самолёт медленно скользил над открытым ровным участком, едва не задевая верхушки самых высоких растений. Он приземлился с лёгким сотрясением, немногим более заметным, чем если бы он остановился обычным способом, выполнив аккуратное торможение.
Маркли и Моррис всматривались в окружающий пейзаж, который всё больше поражал их, как только они начали присматриваться к его бесчисленным причудливым деталям. На какое-то время они позабыли про японский реактивный самолет, за которым следовали, даже не пытаясь строить предположения о его судьбе или местонахождении.
– Иисус Христос! – воскликнул Маркли. – Мать-природа несомненно была изобретательна, когда проектировала это место. Только посмотрите на растения – здесь нет даже двух одинаковых. А почва – это же сущий кошмар для геолога!
Маркли внимательно рассматривал землю вокруг самолёта. Она представляла собой примечательную мозаику из бесчисленных элементов – конгломерат окрашенных в разные цвета почв, руд и минеральных форм, которые не разделялись на отдельные слои, а были хаотично перемешаны.
Почва была в основном голой, разделённой на неровные курганы и пригорки; но кое-где посреди ядовито окрашенных пятен глины или мергеля росли своеобразные остролистые травы, которые отличались друг от друга так же, как и большие растения. Можно было предположить, что каждый такой росток принадлежит к отдельному роду.
Неподалёку виднелась группа древовидных форм, являвших чудовищные вариации крон, в которых едва ли можно было отличить стволы от ветвей. Казалось, что типологические законы были здесь отменены, словно каждое отдельное растение представляло собой совершенно самостоятельный вид.
Поток какой-то жидкости, отдалённо походящей на воду, странно изменяющей цвет от павлиньей синевы до мутной умбры, бежал мимо замершего самолёта и петлял по долине, направляясь к бесплодному склону на другом её конце. Ещё один поток, сливаясь с первым, пробивал себе путь сквозь череду порогов и невысоких каскадов, стекая с холма, вершина которого неотчётливо расплывалась в красновато-бурых небесах.
– Что ж, – заметил нахмурившийся Маркли, созерцая окружающий пейзаж, с недоумённым и слегка смущённым видом, – вопрос того, как мы сюда попали, в своей замысловатости может сравниться лишь с вопросом того, как нам убраться отсюда. Признаюсь честно, это находится за пределами моего понимания. Всё происходящее выглядит совершенно неправильным и невозможным. Так или иначе, мы попали в чужой мир и теперь нам приходится подчиняться неизвестным физическим законам. И этот сумасшедший пейзаж – не единственная неожиданность. Наше нитроновое топливо не воспламеняется – какая-то здешняя чертовщина препятствует его сгоранию.
– Ты уверен, что трубопроводы в порядке? – спросил Моррис. – Может у нас заканчивается топливо?
– Ха! – с невыразимой презрительностью воскликнул Маркли. – Будто я не знаю этот самолёт. С реактивными двигателями ничего не случилось. И я перед стартом по горлышко залил баки нитроном. При необходимости мы могли бы преследовать Сакамото до Великой Китайской стены и вернуться назад без дозаправки. Говорю тебе, мы имеем дело с чем-то таким, о чём не говорилось ни в одном из учебников. Да просто посмотри на эту богомерзкую дыру. Это похоже на кучу перемешанных галлюцинаций из сотни белых горячек.
– В своё время я баловался гашишем и пейотом, – сказал Моррис, – но должен признать, что никогда не видел ничего подобного. Однако, мы можем многое пропустить, оставаясь в самолёте. Что скажешь насчёт небольшой прогулки? Сакамото и его друзья могут быть где-то по соседству, и, если это так, я бы хотел получить сведения о них.