- Услышал знакомое имя, и решил уточнить: о каком именно Рашиде шла речь? - я молчал. - Вижу, вы сомневаетесь, стоит ли посвящать постороннего. Вы правы, постороннего - не стоит. Но я, как вы сейчас убедитесь, - таки не он. - старикан улыбнулся. - Вы очень похожи на батюшку, Илья Романович. Надеюсь, он в добром здравии? - я, всё так же молча, кивнул. Мало ли, кто кого знает... - Я вас не убедил. - старик хитро прищурился. - Тогда так: ваш непосредственный начальник, Константин Петрович, имеет отношение к неким «чудесникам»... Судя по тому, что вы - здесь, это он познакомил вас с Рашидиком...
- Не он. На господина Калиева я вышел сам, после смерти Кремлева.
Было видно, что новость его потрясла. Старик на мгновение замер, беззвучно шевеля губами, затем бессильно опустился на камушек и спрятал лицо в ладонях.
- Когда? - наконец спросил он севшим голосом.
- Месяц тому. - он поднял на меня погрустневший взгляд.
- Земля ему пухом... - он помолчал. - Значит... Началось. - я не понял его последней реплики, но переспрашивать не стал.
Старик поднялся, отряхнул брюки и поправил рубашку. Пригладил рукой волосы...
И вдруг я вспомнил ту, месячной давности фотографию!
- Вы Кацман. - он удивленно приподнял брови, затем коротко поклонился.
- К вашим услугам.
- Простите, не признал. На фото вы без бороды. И, кажется, моложе лет на двадцать... Я читал ваше дело. Рашид упоминал о друге, пропавшем около четырех месяцев назад.
Старик убрал за ухо седую прядь, и задумчиво посмотрел в сторону высившегося невдалеке артиллерийского орудия.
- Значит, это вы нынче занимаетесь делами чудесников?
Его вопрос меня обескуражил.
- Собственно... Рашид попросил приглядеть лишь за одним. За Мерфи.
- И куда собираетесь его везти?
- В Москву... Когда придумаю, как отсюда выбраться и уговорю парня. - ответил я. И угрюмо добавил: - На редкость вредоносный тип.
Кацман усмехнулся.
- Алёша? Вы просто его не знаете. Мальчик вас еще удивит, правда-правда. Он - выдающийся талант. Неоформленный - это да. Неограненный, так сказать... При соответствующем обучении ему не будет равных.
- Его идея бежать через Голаны?
- Ну почему же? Моя... - старик сверкнул глазами. - Это был единственный путь. К тому же, мальчик нуждался в... инициации. Должен был поверить.
- Вы могли погибнуть. - Кацман пожал плечами.
- Я - математик и доверяю цифрам. А еще я верю в Бога... Он творит чудеса. Когда по-настоящему захочет.
И тут из-за палатки появилось это неограненное сокровище. Одноногий, одноглазый, однорукий... Кацман деликатно кивнул и пошел прочь, а парень встал рядом, тяжело навалившись на костыли.
- Если вы хотели поговорить наедине, надо было уйти подальше. - сердито заявил он. - Здесь, знаете ли, тонкие стены.
- А мы ничего предосудительного и не обсуждали.
- Я пленник, или как? - Мерфи смотрел враждебно.
- Насильно вас никто не держит, ради Бога. Только... - я демонстративно оглядел его с головы до ног. - Куда вы пойдете?
Он уставился в землю.
- Есть неоконченные дела...
- В Америку собрались? - я специально заговорил именно об этом.
- И как вы догадались?
Еще немного, и он бросится на меня. С костылями наперевес.
- Не очень сложно. Хотел бы извиниться: в Москве я не понял, почему вы сбежали.
- А теперь?
- Вы знали, что она умерла. Вам просто не раскрыли подробностей.
- Я не верю, что мама покончила с собой.
- Когда я вам об этом сказал - тогда, на Лубянке... Я тоже не владел всей информацией. Но теперь мы уверены: ваша мать была убита. Потому, что она - чудесник. Такой же, как и вы.
Он заметно растерялся. Побледнел, на щеках проявились красные пятна. Мне стало его жалко, этого потерявшегося птенца... Прикурив, я дал ему сигарету. Он затянулся.
После длившейся целую вечность паузы, Мерфи спросил:
- Как вы узнали?
- Компьютер автомобиля вашей матери взломал хакер. Аналогичным способом убили моего начальника и пытались убить меня. Это вкратце.
- И вы знаете, кто?
- С высокой долей вероятности.
- Что будете делать?
- Мы не можем предъявить обвинение. Нет доказательств.
- Нужно их найти.
- Послушайте, Мерфи... Вы теперь знаете, что это не самоубийство. Но если вы не полетите со мной, считайте, это - не ваша проблема.
Я видел, как играют желваки на его скулах. Он развернулся и похромал прочь, но через несколько шагов обернулся:
- Почему я должен вам верить?
- Я не знаю. Прислушайтесь к себе, в конце концов... Вы же - чудесник, что бы это не значило. Порасспросите Кацмана. Он так искренне вас хвалит...
Он вернулся, подступил вплотную. Пахнуло йодом и ихтиоловой мазью.
- Вы собираетесь всё выяснить и наказать виновного?