Талла сдвинулась ещё немного, пока стараясь делать это незаметно. Асир прищурился – всё же углядел? – но, кроме огонька настороженности, ничего не изменилось.
– А вдруг добилась, тебе откуда знать? – она решилась на отчаянный шаг. – Мы ведь не просто так были во дворце, ты не мог не понять, зачем, иначе бы не оказался в Амстрене. Но ты отпустил ту, с которой я была… Может, зря?
– У меня приказ – найти и вернуть тебя, остальное не моя забота.
Вот как… Значит, не зря рискнула, нет ему дела ни до Марбл, ни до глаза, разве бы тот оказался прямо в кармане Таллы.
– Что-то твоя подруга не спешит тебя выручать, – хмыкнул он. – Похоже, и друзей ты из рук вон плохо выбираешь.
– Да уж, с тобой мне дружить точно не стоило! – выплюнула она в Асира.
Взгляд метнулся от его лица к дверце экипажа. И тут же – Талла рванулась, толкнула. Асир налетел на неё коршуном. Такой же чёрный, стремительный. Одна рука впилась в её запястье, другая перехватила поперёк талии. Успеет? Талла в ответ тоже вцепилась в его предплечье, как раз в наруч. Будто пыталась оторвать Асира от себя. На деле же пальцы шарили по кожаной кромке. Как-то же он извлекал иглы? Причём быстро, чтобы мгновенно послать в жертву вторую, если первая не попала в цель. Наконец, Талле удалось подцепить тонкую полоску кожи, под которой она ощутила что-то тонкое, прохладное. Но выдернуть не успела. Асир рывком усадил Таллу на сиденье, её пальцы схватили воздух.
– Хочешь связанной ехать, – прорычал он, с силой выплёвывая воздух и втягивая взамен новый. – Устрою.
– Не надо! – взмолилась Талла, – Прости, я больше не буду, клянусь.
Блеснувшие на глазах слёзы были неподдельными. Не вышло, не вышло… Проклятье! Куда спешила? Второго раза не будет, а если и попытается, окажется связанной. Тогда уже можно будет забыть про побег навсегда.
– Не надо, – ещё раз прошептала она.
– Ты всерьёз собралась выпрыгнуть на ходу и надеялась, что сможешь от меня сбежать? Тебе, похоже, страшно везло, раз ты забралась так далеко. Или раньше с тобой был кто-то поумнее.
Слова – злые, резкие, обидные, переполняли рот, но Талла не позволила им вырваться. Ради остатков свободы – нельзя. Может, Асир и вовсе прав? Никто не спешит спасти её, она никому не нужна.
Дорога впереди стала ухабистой. Талла не помнила такого участка по пути к Амстрену, но от Хоолы они с Итером и Марбл добирались не по тракту. Её тряхнуло сначала немного, потом так, что Талла подскочила над сиденьем. Асир сидел спокойно, значит, ничего необычного не происходило.
Ещё через мгновение экипаж снова подбросило. Тряхнуло из стороны в стороны. Талла полетела вперёд, прямо на Асира, удержалась только, схватившись за его запястья. Охнула. И тут пальцы будто сами легли на наруч. Теперь-то она знала, где искать! Дёрнула на себя иглу, сжала в кулаке, надеясь, что острый конец не вопьётся в кожу. А потом обмякла, будто неожиданное падение лишило сил.
– Это что за нежности?
Асир стиснул её плечи и толкнул в сторону сиденья. Талле едва сдержала желание воткнуть в него иглу прямо сейчас. Но толку? Экипаж едет, куда она денется? Ждать, ждать… Дрожащими пальцами она незаметно вогнала иглу в плотную ткань рукава. Вот так. А теперь – быть тихой смирной девочкой, принявшей свою судьбу.
Глава 25
Ночь она скорее почувствовала, чем увидела. Из-за тёмных штор полумрак внутри стал лишь едва темнее. Экипаж ехал и ехал, за стенками всё стучали и стучали копыта. А что если они не собираются вставать на отдых?
Здравый смысл твердил, что даже если не пожалеют лошадей, самим людям потребуется отдых. И всё равно тревога тяжело и муторно ворочалась в груди.
Наконец, экипаж замер, но Асир не спешил вылезать. Неужели решил, что лучше им остаться спать прямо здесь? Талла не собиралась и одной ночи тут проводить, но мысль о целом месяце на скамье экипажа всё равно вызвала неприятную щекотку меж лопаток. Вообще-то она и сама не знала, откуда лучше бежать. Что если все остальные отдыхают под открытым небом? Попробуй там скройся незаметно… А если Асир собирается спать, не решит ли он всё же связать Таллу? Нет, этого она ему не должна позволить!
Кто-то поскрёбся в дверцу экипажа:
– Ваш шатёр готов, – донеслось снаружи.
Значит, вот почему пришлось ждать… Талла привстала, готовая выбраться из тесноты экипажа, но Асир одёрнул её:
– Лицо прикрой!
Она ведь даже забыла… Послушно закрепив вуаль, Талла дождалась, пока на землю спустится Асир, а сама выбралась следом. В сумерках сквозь ткань она едва разбирала силуэты людей, теперь хватка Асира казалась едва ли не спасительной. Талла брела за ним, спотыкаясь, ощущая себя слепой и беспомощной. Разговоры затихали при их приближении и разгорались вновь за спиной. Наверняка на неё смотрели. Обсуждали? Разве что вполголоса.
Асир отогнул для неё полог алого шатра и Талла, согнувшись чуть не пополам, нырнула в темноту. Тут же сдёрнула с лица вуаль. Пол шатра был устлан одеялами и усыпан подушками – словно дома. Дом… Слово, от которого теперь веяло страхом и холодом. Талла отчаянно не хотела туда возвращаться и собиралась сделать всё, чтобы и не пришлось. Только бы не выдать себя. Хоть полным решимости блеском в глазах – не выдать. Она потупила взгляд, робко отвернулась, когда слуга принёс поздний ужин. Для дорожной еды он оказался удивительно вкусным. Или просто Талла не ела с самого утра? Мясо – пряное от приправ и не слишком жёсткое, хлеб – ещё свежий, наверняка выпеченный перед самым отъездом. Сначала она боялась пробовать пищу – вдруг в неё добавлено что-нибудь вроде снотворного? Но потом отбросила глупые тревоги. Хотел бы Асир превратить её в неподвижный мешок, который просто нужно доставить из одного города в другой, мог бы сделать это и без хитростей. Она аккуратно откусила хлеб, вдыхая пшеничный запах. Неторопливо прожевала мясо. Но есть по-птичьи осторожно её заставило отнюдь не желание соблюсти этикет. Нет уж, она скорей бы наоборот подразнила единокровного брата отвратительными манерами. Время. Ей нужно время, чтобы как можно дольше Асир не приблизился к ней с верёвками, чтобы лагерь уснул.
Она выпила вина, он не стал. Пусть. Ему нужна бдительность, ей – смелость. Талла медленно отодвинула бокал, выжидающе посмотрела на Асира, теребя пальцами рукав платья. Тот повёл плечами, будто сбрасывая напряжение дня, и она поняла, что всё случится сейчас.
– Спать придётся без удобств, сестрёнка, – лениво-тягучим голосом сообщил он, готовя веревку. – Оно и к лучшему, не стоит тебе привыкать к хорошему.
Асир легко поднялся на ноги, Талла во все глаза смотрела в его лицо. Сцепилась с ним взглядами, а пальцы извлекли иглу из складок ткани. Сердце вдруг предательски заколотилось, заставив платье трепетать на груди. Талла жалобно вскинула брови – пусть решит, что её трясёт от страха. Асир встал на одно колено рядом с её ногами, распутал верёвку. Талла пыталась не сжимать пальцы так сильно, ей всё казалось, что сейчас она от напряжения сломает иглу пополам. Черноволосая голова склонилась к её щиколоткам, коса упала на одно плечо, обнажая загорелый жилистый загривок.
Сейчас.
Талла зажмурилась, когда острие иглы пробило кожу. Достаточно ли глубоко? Та ли это игла? Асир шлёпнул себя по шее, едва не придавив ладонью пальцы Таллы. Она успела ускользнуть. Вскочила, выворачиваясь из его рук. Он рванулся следом. Что если эта игла пустая? Или с другим ядом? Как не подумала об этом раньше? Талла прижалась спиной к тонкой стенке шатра.
Почему он не падает? Сколько прошло мгновений? В ушах гремела кровь, мешая отсчитывать секунды. Раз, два, три… Три, четыре…
– Ты… – Асир сжимал в пальцах иглу, но его губы едва шевелились.
Он повалился на колени, потом на живот. Талле пришлось отскочить, чтоб он, падая, не ухватил её за лодыжки. Асир прошептал ещё что-то, она не была уверена – что, но ей послышалось слово “изменилась”.
Насколько далеко удастся убежать прежде, чем Асир сможет двигаться? Он-то наверняка будет верхом, когда бросится догонять… Талла выбросила эту мысль, точно загнившие объедки. Если заранее думать о поражении, не стоит и начинать. О чём действительно следует подумать, так это об одежде – в платье с узким подолом уж точно далеко не уйти. Талла с тоской вспомнила свои изношенные штаны, оставшиеся во дворце. Асир, конечно же, не стал бы их забирать с собой. Ну, раз из-за него она лишилась своих вещей, то взамен может взять что-нибудь из его!