— Слышали бы тебя защитники прав человека! — усмехнулась Лита, скрещивая руки на груди.
— Попробовали бы повозникать — отправились бы вслед за его детскими переживаниями.
Я уже чувствовал, что гроза миновала, не разразившись. Видимо, мои слова подействовали, Лита задумалась, сменила гнев на милость. Впрочем, это не означало, что мы не будем спорить. Будем, да еще как! Мы получаем от этого удовольствие.
Но к опасной теме мы больше не вернемся. Не знаю, что думает Лита, но в своей правоте я не сомневаюсь. Трудное детство! Хорошенькое оправдание: в прошлом было что-то плохое, так что можно мстить всему миру… Ну, тогда у меня вообще неограниченные права, учитывая, что меня почти полгода продержали в клетке… пытали в клетке.
Долго поспорить мы не успели — я почувствовал приближение двух знакомых аур.
— Сюда идут Юлия и Оскар, — предупредил я.
— Эти-то что здесь забыли? — нахмурилась моя смотрительница. — Ах да, Юлия хотела поговорить со мной, но мы никак не пересекались.
Значит, не сильно и хотели пересечься.
Первой вошла смотрительница, за ней — зверь первой серии. Юлия казалась бледной и усталой, на лице у нее было больше косметики, чем обычно. Да и аура у нее нечистая…. Что-то случилось.
Штуковина, видимо, тоже почуяла это, она выбралась из миски. Лита тихонько свистнула, и зверюшка засеменила к ней, периодически оборачиваясь на пришедших. Кем она себя считает, сторожевой собакой?!
— Я знала, что найду тебя здесь, — фыркнула Юлия. — Это всем известно: если Литы нигде нет, ищи ее у Кароля.
Неправильный подход… Моя смотрительница не любит такие намеки, сейчас разозлится.
— Если ты пошутить пришла, то извини, я спешу!
Ну точно, разозлилась!
— Не надувайся так сразу, — примирительно сказала Юлия. — Мне нужно с тобой поговорить кое о чем. Это очень важно. Мы можем подняться в твой кабинет?
— О чем поговорить? — наконец и Лита сообразила, что что-то не так.
— Это не объясняют в двух словах.
— Ну а если попробовать? Вкратце?
— Вкратце… — тяжело вздохнула Юлия, погладила своего зверя по руке. — Я решила покинуть проект и отдать тебе Оскара.
Часть третья. Снег, и лед, и свет
— Все, закончили! — для убедительности я стукнул хвостом по бетонной стене. Стена рассыпалась.
— Кароль, прекрати громить реквизит! — возмутился Артем.
— Подумаешь! Пусть вычтут это из моей зарплаты!
Моя любимая шутка. Я уже пару раз просил, чтобы мне начали платить, но люди почему-то не воспринимали меня всерьез. Ничего, скоро я потребую и объясню им, что будет, если они откажутся. Деньги-то мне сильно не нужны, тут, скорее, дело принципа.
— Мы выиграли, — подытожил я.
Играли двое на двое: мы с Оскаром против Титана и Лео. Подборка была почти равнозначной: и Оскар, и Лео необычно сильны даже для зверей первой серии, Титан сильнее меня, а я умнее. Целью было нахождение трех стеклянных шаров каждой командой, и мы выиграли — мы нашли три, а четвертый я нагло украл у соперников.
На подобных тренировках настаивала Лита, и я не отказывался. Нам с Оскаром предстояло стать командой на долгих шесть месяцев, надо извлечь из этого максимальную выгоду.
Вообще, любопытно… В проекте есть команда с двумя смотрителями, а теперь вот появилась команда с двумя зверями. Да, старые устои меняются.
Новость об уходе Юлии стала для меня шоком. Правда, позже, путем подслушивания, я выяснил, что уходит она не навсегда. Но и это не избавило меня от того самого шока.
Юлия носила в себе ребенка. Забеременела она не от Оскара, но до того, как я это выяснил, у меня чуть хвост от страха не отвалился. Я-то никаких детей не хотел! Не из-за того, что разлюбил Литу — не думаю, что такое вообще возможно. Просто мне не хотелось представлять уродца, которого мы породим.
Ребенок Юлии был вполне человеческим, правда, отца, насколько я понял, у него все равно нет. Старшая смотрительница назвала это «искусственным оплодотворением»… Надо будет спросить у Литы, что это значит, но звучит уже мутно.
Юлия была старше моей смотрительницы, но на данном этапе с мужем она развелась и заводить новую семью не планировала. Работа была важнее всего для нее, однако от детей она отказываться не хотела. Поэтому она решила родить ребенка, благополучно скинуть его на собственных родителей и вернуться в проект.
Впрочем, против природы она пойти не могла: чтобы выносить этого ребенка, ей требовался покой. Поэтому она взяла отпуск на шесть месяцев, а Оскара решила не передавать новому смотрителю, а присоединить к уже существующему дуэту; начальство не возражало.