Теперь у Александра не осталось в Париже ни крыши над головой, ни друзей, ни привязанностей. Хотя нет, был человек, с которым шевалье хотел попрощаться. Капитан де Нанси не поверил собственным глазам, когда увидел шевалье Александра в коже, сукне и высоких сапогах, без единой драгоценности на одежде, без бантов и кружев.
— Что это значит, шевалье? — вопросил барон, откладывая в сторону недавно приобретенные пистолеты. — Куда это вы так странно вырядились?
— Я уезжаю в армию, господин де Нанси.
— Это что — ваша новая шутка? — нахмурился барон.
Александр закусил губу.
— Я не шучу, господин капитан, я действительно отправляюсь в армию. Я офицер, — гордо вскинул голову шевалье де Бретей, — лейтенант пехотного полка…
Нанси слушал молодого человека чуть не открыв рот. В какой-то миг ему захотелось остановить юнца и заявить, что все это глупости и попросту блажь. Однако Нанси не сказал ни слова. Он вообразил, будто понял причину нежданного бегства мальчишки. Должно быть связь шевалье де Бретея с герцогиней де Невер принесла плоды, и теперь паж, опасаясь гнева родственников Анриетты, решил исчезнуть.
— Ну что ж, лейтенант, — медленно произнес капитан, — в вашем решении есть резон, вам и впрямь лучше скрыться. Впрочем… его сиятельство скоро отправится в Наварру и ему будет не до вас. А через три-четыре месяца, когда его сиятельство приобретет дюжину новых врагов и друзей, он и вовсе вас простит — граф отходчив…
— Я не нуждаюсь в его снисхождении! — ощетинился было Александр, но Нанси только махнул рукой.
— Оставьте, лейтенант, что за глупости? — сейчас, когда мальчишка обнаружил странное ожесточение против графа де Лош, барон мог позволить себе быть справедливым к дальнему родственнику. — Его сиятельство много сделал для вас, он один из самых влиятельных людей при дворе и его мнением не стоит пренебрегать. Отправляйтесь в армию, а потом, скажем, через полгода или год, возвращайтесь. Уверен, к тому времени гроза утихнет. Удачи.
Нанси кивнул, что можно было бы принять за прощание, и вновь взял в руки пистолет. Александр несколько мгновений ждал, что барон скажет еще хотя бы слово, но не дождавшись, резко, по-военному склонил голову, прошептал «Спасибо, господин капитан» и вышел. Впервые за время общения с бароном де Нанси он нарушил этикет. Впрочем, на офицеров все эти правила вряд ли распространялись.
Граф де Лош и де Бар никогда не задумывался, что чувствовали его домашние, когда он на целую неделю исчез из отеля на улице Бетези. Но когда после его возвращения из Лоша перепуганные слуги сообщили, что шевалье Александр, выехав шесть дней назад на обычную утреннюю прогулку, не вернулся домой, граф де Лош судорожно прижал руку к сердцу. В следующую минуту шевалье Жорж-Мишель с таким видом шагнул вперед, что ошалевшие от ужаса лакеи явственно ощутили, как на их шеях затягиваются веревки.
В комнате Александра все было как обычно и графу показалось, будто мальчишка только что вышел за дверь. На столе лежал раскрытый том жизнеописания Карла Пятого, на кровати — придворный костюм, который Александр, видимо, собирался надеть после прогулки. На какой-то миг граф вообразил, будто неизвестный мерзавец решил воспользоваться его отсутствием и свести с мальчишкой счеты, но подобное было немыслимо. Кто бы посмел вызвать гнев Лоррена, друга короля и дофина, почти что принца? Впрочем, Александр мог упасть с лошади и покалечиться, мог заблудиться или стать жертвой парижских грабителей, сообразил Жорж-Мишель. От этих предположений графу стало совсем худо. Если бы можно было повернуть время вспять, Жорж-Мишель ни за что не оставил бы Александра одного. К сожалению, ошибка была совершена, и хотя шевалье и думать не желал о худшем, он велел слугам осмотреть все сточные канавы Парижа, рвы Бастилии, заброшенные каменоломни и даже натянутые поперек течений Сены и Бьевры рыбацкие сети.
Как только распоряжения были отданы, а слуги спешно разбрелись по Парижу, Жорж-Мишель вспомнил, что упустил еще одну возможность. Кузина де Невер отличалась редкой взбалмошностью и вполне могла захватить Александра в плен. Граф припомнил все жалобы Анриетты на их скорый отъезд в Наварру и уверился, что стоит на правильном пути. К удивлению шевалье кузина встретила его слезами и сразу же сообщила, что очень несчастна. По лицу Жоржа-Мишеля скользнула тень.