— Это задаток, — мрачно произнес шевалье Жорж-Мишель. — Я хочу, чтобы ты разыскал Александра де Бретей.
Мало с готовностью кивнул.
— Чаще всего его называют просто шевалье Александром, — продолжал граф.
— Кажется, я знаю, о ком вы говорите, ваше сиятельство, — проговорил Себастьен. — Что я должен с ним сделать?
— Доставить в отель Лошей. Лучше всего связанного по рукам и ногам. Здесь две тысячи экю, если этого недостаточно, получишь еще, только не упусти мальчишку.
Отдав необходимые распоряжения, его сиятельство покинул бывшего наставника так же стремительно как и появился, и только Ликур ненадолго задержался в каморке Мало.
— Если не хочешь, чтобы граф зажарил тебя живьем, постарайся, чтобы с головы шевалье Александра не упал даже волос, понял?
Браво непонимающе замотал головой, затем на всякий случай кивнул.
— Он его любит, ясно? — Убедившись по вытаращенным глазам Себастьена, что наемник осознал всю серьезность ситуации, шевалье удовлетворенно кивнул и последовал за сеньором.
К моменту аудиенции у его величества шевалье Жорж-Мишель был почти спокоен. Он верил в находчивость Мало, силу золотых экю и собственную удачу. Воспользовавшись обуявшей Карла IX из-за отсутствия любимца скукой, граф де Лош решительно потребовал от короля разрешения проверить все выданные за последний месяц офицерские патенты и права опеки над исчезнувшим пажом. Первое желание графа было удовлетворено немедленно, второе вызвало некоторые сомнения его величества.
— Опекунство? — нахмурился Карл. — Должно быть, у Александра есть опекун, ведь кто-то же отправил его ко двору, — резонно заметил король.
— Сир, я не знаю этого человека, да и не желаю ничего о нем знать! — с горячностью возразил Жорж-Мишель. — Смерть Христова, этот человек не выполняет свои обязанности, если не сказать хуже. Если бы я не был уверен, что это отупевший от нищеты провинциал, я бы потребовал отправить его в Бастилию! — с ожесточением заявил шевалье. — Но коль скоро он не попался мне на глаза, что ж — пусть живет, как знает…
Его величество задумался, но в конце концов счел разумным удовлетворить просьбу кузена. Не в последнюю очередь на решение его величества повлияло обещание Жоржа-Мишеля перевернуть всю Францию, лишь бы отыскать сбежавшего пажа. Правда, его величество не заметил, что, пообещав найти Александра, граф де Лош воздержался от обещания вернуть мальчишку ко двору. Карл IX редко обращал внимание на мелочи, а Жорж-Мишель строил другие планы.
Шевалье не имел ни малейшего понятия, сколько лейтенантских патентов могло быть выдано за месяц, но не сомневался, что без труда отыщет нужный. В первый миг Жоржу-Мишелю и правда показалось, будто ему повезло — лейтенантских патентов в пехотные полки было выдано всего пять. Самый ранний из них был дарован Жану де Феррьеру, последний куплен Франсуа де Саше, но и на трех оставшихся имя Александра де Бретей не значилось. Вообразив, будто Нанси нарочно мог ввести его в заблуждение, граф де Лош решил навести справки обо всех новоявленных лейтенантах кавалерии, затем погрузился в пучину патентов корнетов и, наконец, принялся за патенты капитанские. Все было напрасно. Александр де Бретей как сквозь землю провалился.
Граф де Лош готов был на чем свет стоит проклинать лживость мальчишек, пока старый маршал де Таванн с усмешкой не заметил, что пажу вовсе не требовалось покупать патент непосредственно у кого-либо из маршалов.
— Это вы, молодой человек, получили патент из августейших рук, — втолковывал седой рубака. — А другие разживаются чинами, как придется. Добыть патент лейтенанта можно у любого заезжего офицерика, проигравшегося в кости. Или выиграть в карты. В этом случае вам вовек не сыскать юнца. Да и стоит ли? — пожал плечами маршал.
Жорж-Мишель понял, что может рассчитывать только на Мало. Но когда смущенный Себастьен предстал пред очами его сиятельства, шевалье догадался, что и эта надежда тщетна. Расстаравшийся браво смог найти и проданный Александром дом, и барышника, и портного, и ювелира… Смог даже выяснить, через какие ворота Парижа юный офицер покинул столицу, но вот что было потом… Все дороги ведут в Париж, это знает каждый, но куда ведут дороги из Парижа, не знает никто…
Молодой человек вынужден был признать, что более не может откладывать поездку в Наварру. Оставалось тешить себя надеждой, что в преддверии переговоров гражданская война почти прекратилась и значит воспитаннику вряд ли может что-либо угрожать. Правда, вздыхал Жорж-Мишель, были протестанты Сомюра, не подчинявшиеся даже адмиралу де Колиньи и тетушке д'Альбре; рубаки покойного дядюшки Франсуа, жаждущие на свой страх и риск отомстить за герцога; отряды рейтаров и диких албанцев, грабящие и режущие всех подряд; шайки дезертиров и озверевших от ужасов войны крестьян… Размышления об этих опасностях не способствовали успокоению и Жорж-Мишель вновь пообещал себе сделать все мыслимое и немыслимое, дабы как можно скорее установить мир.