Зная, как работает система рекламы, накрутки цен, стимулирование желаний в людях, сам я никогда не покупаю бренды и воздерживаюсь от моды. Воздерживаюсь порой параноидально – побочный эффект моего занятия, профессиональная деформация. Слежу за трендами только чтобы быть в курсе, куда ветер дует. Ношу я при этом очень качественные вещи; покупаю первоклассную, натуральную шерстяную ткань в Афганистане – дешевле некуда – привожу сюда, иду к бедному итальянскому портному в Бруклине, и он шьёт мне идеально сидящий, удобный, износостойкий костюм. Эксклюзивный. Старбакс? Упаси боже. Я знаю на Манхэттене два заведения – одно турецкое, другое арабское – где подают лучший по качеству и вкусу кофе в два раза дешевле. Но я его там пью редко, потому что кофе не так уж и полезен, да и культура его ежедневного потребления – что бы вы думали? – наших ребят дело. Американцы, когда ещё были в основном англичанами, до обретения независимости от Их Величеств Великобританских, как и положено англичанам обожали чай. Но потом случилось Бостонское чаепитие, война, отсоединение, посылание британских торговых компаний в неприличную комбинацию из известных букв, служащую координатами не менее неприличных мест, и чай признали иноагентом, разрушающим патриотический патриотизм новорожденных американских граждан. Они стали демонстративно хлестать кофе, чем занимаются по сей момент. Продажей кофе по всему миру в основном промышляет Америка, и делает на этом миллиарды. Если бы вы не пили его по два-три раза в день с или вместо приёма пищи, семь дней в неделю, где-то на десяток миллиардеров стало бы меньше. Я вот пью воду из-под крана, предварительно подвергая её термической обработке – кипятя, и фильтрации. Бутилированную буду пить тогда, когда фирма-производитель заплатит мне за увеличение продаж.
В общем, думаю, вы уже примерно поняли, что я за фрукт, с какой косточкой и кожурой. Продавать, продавливать и внушать – моя страсть, призвание. Я люблю сложные задачи и готов не спать ночами, чтобы придумать новую стратегию. Просто так, из пустоты, идеи не берутся, поэтому я очень внимательный наблюдатель: брожу по улицам, изучаю людей, слежу за ними, за их привычками, предпочтениями, разговорами. Потом аккумулирую, генерирую. И рождаются гениальные решения, как продать что-то людям или самих людей. Нет-нет, не в смысле работорговли или проституции – таким я не занимаюсь. Всё законно. Если считать законным вторжение в сознание человека без его согласия. Как вы считаете?
***
Войдя в бар, я сразу увидел Пабло, моего лучшего друга. Ужасный романтик, где надо и не надо. В делах бывает неуместно наивен, поэтому никакие дела у него обычно и не ладятся. Но он удачлив, хотя и этим пользуется так себе. Я бы сказал никак не пользуется. Он закончил тот же философский факультет в Мехико, что и я, только на год позже, и дофилософствовался до того, что постановил: пользоваться и использовать – это эксплуатация, отголоски рабовладельческого строя, когда властвовала тирания и людьми можно было владеть безраздельно. О, я бы хотел пожить в те времена, насколько всё было проще! Сейчас приходится так изгаляться, чтобы заставить человека сделать то, что тебе нужно. А раньше щёлкнул хлыстом – и вот уже строятся пирамиды. Что касается Пабло - спасибо, что отрицание пользования не коснулось зубной щётки, душа и прочих средств гигиены, а то можно было бы подытоживать, что в первую очередь он перестал использовать мозги.
«От многих знаний многие печали» - можно было бы написать в его диплом вместо отметок. Кому-то философия иммунитет укрепляет, как мне, ему – подорвала, так что выяснилось, что он – не гуманитарий. Вместо магистратуры он закончил курсы IT, увлёкся, втянулся, стал творить какие-то чудеса в программировании и теперь, на фрилансе, получал неплохие деньги, с учётом того, что график у него был почти свободный. Я же говорил, что ему везёт.