Она хихикнула, позабавившись моим сравнением. Отлично, я поднял ей настроение.
- Секс – это хорошо, - с немного порозовевшими щеками опустила взгляд она, - но заниматься им хочется с кем-то близким, с кем можно и поговорить по душам…
- Для разговоров по душам есть подруги. Звони им перед и после секса, болтай на здоровье, - улыбнулся я, видя, что Дженни больше не сдерживается и сама таращится во всю.
- Как у тебя всё просто!
- У всех всё просто. Не усложняй.
- Я… Знаешь, я лежала дома одна, понимала, что такая же одинокая окажусь на Рождество, и Новый год, и неизвестно сколько ещё времени… И мне перехотелось вообще выбираться из постели, делать что-либо. Моя ассистентка вытащила меня сюда, но у меня даже сил разговаривать с кем-либо не было.
- А семья? У тебя есть родители?
- Да, они в разводе.
- Но… ты с ними общаешься?
- Да, конечно. Только мама с новым мужем живёт в другой стране, а папа живёт с новой женой и её детьми от предыдущих браков.
- Ага, вот почему тебе некуда деться на Рождество?
- Да нет, я могу к ним забуровиться, - Дженни поморщилась не от неприязни, а от воображенной скуки за праздничным столом с некими людьми: - Только не хочется.
- Тебе хочется организовать свою семью, чтобы она потом вот так же распалась, и твои дети не хотели бы навещать тебя на Рождество, - скептично подытожил я.
- На старте мои родители любили друг друга!
- На старте! На старте все полны энергии, а до финиша доползает не каждый, не говоря уже о том, что победитель всегда один, а остальные – просто непонятно зачем бежавшие.
Дверь приоткрылась и показалась голова менеджера. Не дав ему и рта открыть, я быстро бросил:
- Мы ещё разговариваем.
- А, пардон! – исчез обратно он.
Я вздохнул, сбитый немного с толку. Дженни прищурилась, вспомнив о чём-то из-за этого вмешательства, и задумывая что-то как будто бы:
- Менеджер сказал, что вы готовы исполнить все мои капризы?
- В рамках разумного, конечно, - улыбнулся я.
- Вот что… пожалуй, я соглашусь участвовать в показе, но с одним условием.
Имея большой опыт общения с разными людьми, я не радовался преждевременно. Условия порой бывают такие, что ого-го, и проще послать всё в пёсий зад.
- Слушаю внимательно.
- Ты проведёшь со мной Рождество.
- Я?!
- Да, ты же ответственный, и добиваешься всего, чего хочешь.
Вот сучка! Моими же словами, моим же методом, да мне под дых. Это нечестно.
- Что… ты… подразумеваешь под «провести Рождество»?
- Тут… такое дело… Я думала отказаться, но раз уж образовалась возможность… В общем, мне в тот вечер, когда мы с тобой познакомились, написал бывший…
- Я помню. – Дженни с удивлением на меня воззрилась, не ожидав подобного. Но я же не специально, просто память хорошая. – Ты из-за него не отлипала от мобильного.
- Да. Так вот, он написал, потому что узнал, что Элис зарезервировала на Рождество коттедж там же, где он со своей компанией. И новой бабой. Он подумал, что это я подстроила, чтобы испортить ему праздник, но я была ни при чём, мы там каждый год собираемся, и он сам узнал об этом месте от меня. В общем… я сказала, что не поеду. Не потому, что не хотела видеть их там – хотя и поэтому тоже – а потому что не хотела, чтоб он думал, что я одинока и несчастна.
- А-а! – понял я. – И мне причитается роль твоего нового бойфренда?
- Да. Чтобы Кай увидел, что у меня всё отлично.
- Кай! Имя-то какое дебильное. Ты и впрямь Снежная королева.
- С чего это? – нахмурилась она.
- Впечатление такое производишь по первости. Ледяное.
- Так что? Ты согласен?
Такого со мной ещё не случалось. Притворяться чьим-то парнем!
- Ты в курсе, что Элис позвала туда и Пабло? Моего друга, – спросил я.
- Да, она говорила.
- Они звали и меня, но я отказался.
- Потому что думал, что там буду я? – хмыкнула Дженни.
- Да. Но не только поэтому, у меня на Рождество были другие планы…
- Ну, раз у тебя другие планы, то насчёт показа я не передумаю, - опять шагнула она к выходу.
- Подожди-подожди, - поднял я ладони, как бы сдаваясь, - я могу подумать?
- До завтрашнего вечера.
- Справедливо.
- Когда решишь – позвонишь мне, да или нет. Если не удалил мой номер. Впрочем, если удалил, уверена, сможешь его достать заново и без моей помощи, - улыбнулась чуть язвительно она и, поправив сумочку на плече, вышла из зала прочь. За-ши-бись, Джонатан Эчеверриа, тебя припёрли к стенке.