Праздничные скидки
Каветт Роберт, консультант по продажам и автор книги «Успех в общении с людьми» сказал, что девяносто пять процентов людей являются по своей природе имитаторами, и только пять процентов – инициаторами. Это значит, что большинство из нас – ведомое стадо. И знаете, в чём глобальная наша ошибка? Все мы надеемся на то, что входим в пять процентов инициаторов, а вот вокруг – те, да, они ведомые. Но даже затевая что-то, считая, что выбиваемся в лидеры, мы не замечаем, как повторяем за кем-то и распространяем не свои идеи. Я не допускаю подобной оплошности, потому что стоит зазеваться – и всё, ты пошёл не по тому пути, тебя кто-то в чём-то убедил, что тебе на самом деле не нужно, а то и вовсе вредно. Излишняя самоуверенность застит, и я каждый раз, берясь за что-то, говорю себе: так ведь и меня наебать могут! Мне безумно повезло, что у меня есть неизменные, консервативные, непоколебимые как скалы родители. Они всегда служат ориентиром, и если я в чём-то сомневаюсь, то возвращаюсь к изначальной точке – к ним. Крепкая семейственность делает человеческое сознание наименее уязвимым. Если есть близкие, искренне о тебе волнующиеся, любящие тебя, доверяющие тебе, и которым ты отвечаешь всем тем же – со стороны на вас повлиять весьма трудно. Обработка мозга начинается с одного, а если все остальные ещё в порядке, они немедленно тебе сообщат о том, что ты катишься не туда. Я же говорил, что в консервативных обществах капитализм плохо работает? Вот в том числе и поэтому. Целенаправленно или потому, что таков естественный побочный эффект, но капитализм разрушает традиционные семьи, понятия преданности, доверия, нерушимости обязательств и готовности жертвовать собой ради близких. При капитализме люди должны жертвовать друг другом ради вещей и денег, быть уступчивыми, продажными, внушаемыми, лучше всего – одинокими. Чтобы они таковыми оставались, им придумают и «научно подтвердят» всё на свете: зону комфорта, важность индивидуализации, четыре волны феминизма, самоидентификацию, семьдесят с лишним гендеров. Создадут ассоциации и союзы, в которых они будут числиться, считая себя принадлежащим к некой общности. Но она никогда не заменит им семью. В Америке ужасающая ситуация с сектантством на протяжении последних пятидесяти лет – это всегда надо иметь в виду, когда узнаёте, что в Штатах нечто стало популярным и заинтересовало людей. Людей тут заворожить очевидной хернёй, от радужной пружинки до радужного движения, легче лёгкого (наверное, проклятье индейцев, потерявших свою землю из-за бусиков и огненной воды). Им тут поверить в то, что если школьник почувствовал себя зверушкой, то он и есть зверушка, так же просто, как иметь в каждой деревне своё воплощение Исуса. В стране, признаваемой во всём мире оплотом благополучия, благоденствия и обеспеченности, молятся о приходе Мессии и наступлении лучших времён, ухода от говняной реальности. Массовое самоубийство членов «Храма народов» в Джонстауне или осада «Маунт Кармел» лишь самые яркие эпизоды. Более мелкие, незначительные и неизвестные случаи насчитываются сотнями. Папуасы рациональней и их трезвомыслие победит по сравнению со всем этим. Когда-то такая же задница с сектами была в Японии – быстро капитализировавшемся государстве, где семейственность стала распадаться, как снеговик по весне. Теперь Японию обогнала Южная Корея, самая американизированная, пожалуй, страна Азии. Секты – бич Америки и её доминионов. Потому что людям жизненно необходимо хотя бы подобие семьи, и этим активно пользуются нечистые на руку аферисты. Это не говоря уже о необходимости иметь хоть что-то святое, какую-то веру, истребляемые существующей системой…
Так с чего я начал? Отвлёкся. А! Ведомость. В случае с Дженни я не думал, что она меня сможет закадрить или обвести вокруг пальца, тут была другая проблема. Я был и есть всего лишь обычный человек с инстинктами, рефлексами, нейронными связями, органами чувств и далее по списку, поэтому, играя во что-то – я сам же мог в это втянуться. Как говорится: «Убеждай – и будешь убеждён» или «Называй человека свиньёй – он захрюкает». С маркетологами бумеранг работает не хуже, чем с другими. Вот ты рекламируешь всеми возможными способами какую-то игрушку, делаешь производителю сумасшедшие продажи, приходишь домой, а там твой ребёнок показывает тебе ролик с этой игрушкой и требует: «Купи!». Наибольшим влиянием на себя обладал я сам. Притворяясь, что влюблён в Дженни, не увлекусь ли ею всерьёз? Но предупреждён, значит, вооружён. Я подумал об этом заранее, стало быть, перестрахуюсь, и даже если что-то возникнет в моей голове, я буду знать, что сам себе придумал.