***
Заехав за ней точно по времени, как и обещал, я посидел под подъездом минут пятнадцать прежде, чем она вышла. Дженни была в джинсах, удобных зимних ботинках с широкой меховой каймой, в похожей на горнолыжную куртке, забавной пушистой белой шапке с висячими ушами, из-под которой на грудь падали две косы. Вообще без макияжа, слегка заспанная. Ну просто амурчик с великих полотен, а не роковая красотка! Открыв заднюю дверцу, она шваркнула туда сумку, закрыла и уселась на переднее сидение.
- Привет, - бросив на меня взгляд, стала проверять она карманы и содержимое сумочки поменьше. Ничего ли не забыла?
- А поцеловать? – грациозно возмутился я. Замерев, Дженни медленно повернула ко мне голову:
- Ты серьёзно?
- Как никогда. Мы разве не парень и девушка?
- Для других.
- Мне же надо как-то обвыкнуться и войти в роль.
- Ты с этим неплохо без допинга справлялся.
- Откуда ты знаешь? Может я весь вечер до появления в клубе провёл в обществе нумизматов и филателистов? – Дженни на меня воззрилась с вульгарным скептицизмом. – И не говори, что мы недостаточно близки ещё для поцелуев, а то придётся бестактно напоминать о проведённой совместно ночи. А я, знаешь ли, не тот, кто любит конфузить девушек понапрасну.
- Мне вовсе не стыдно за то, что я с тобой трахалась.
- Это замечательно, потому что у меня тоже остались исключительно светлые воспоминания.
- Ну, настолько я бы тебе не польстила.
- Да брось, не пытайся сделать вид, что тебе не понравилось.
- А вдруг?
- Судороги в ножных мышцах имитировать крайне сложно, особенно пьяной, чей организм расслаблен.
Дженни скинула шапку и дотянулась до моей щеки, чмокнув в неё. Нашла способ прекратить обсуждение этого. Вернулась на сидение, продолжая исподтишка коситься. На мне был удобный спортивный костюм, белоснежные тёплые кроссы, под расстёгнутой в жарком салоне курткой белел джемпер в облипку, подчёркивающий мой лёгкий загар. Выглядел я не хуже, чем в чёрном брючном костюме, а то и получше – спортивка убирает лоск, но добавляет мощности и брутальности, напоминая о силе, энергии и физических возможностях. Зимняя одежда укрупняет, а девять девушек из десяти обожают чувствовать себя маленькими рядом с большим.
- Чего такая сонная?
- После показа была афтерпати, отмечали, пили… еле отодрала себя от подушки.
- Мм… - протянул я, отъезжая от бордюра. – Много выпила?
- Нет, но мне много и не надо, - хмыкнув, она напомнила: - Ты же видел, что со мной алкоголь делает.
- Опять орали на керамику, мадемуазель?
- Нет, до этого не дошло.
- Сегодня тогда тоже много не пей, ладно?
- Почему?
- Если бы ты была просто девушка – мне бы было всё равно, но раз моя, мне за тебя будет неловко.
- А ты никогда не напивался?
- Никогда.
- Не верю.
- Спроси Пабло, он меня с универа знает. Если уж он не видел, то никто не видел. – Дженни задумчиво стала исследовать мой профиль. Прям исследовать – хоть лупу давай. – Включить рождественские песенки? Что тебе больше по душе? Мэрайя Кэрри, АББА, группа Уом?
- Да ничего можешь не включать, - поморщила нос она.
- Голова трещит?
- Нет, просто всё равно.
Я включил радио. Мне лично хотелось какой-то музыки для настроения, бодрящей, зимней, с колокольчиками, что дома включали. Поэтому остановился на волне, где хор пел рождественские гимны. Красота! Стать воцерковлённым – последнее, что мне грозит, поэтому пусть христианская пропаганда работает на всю катушку, у меня прививка. В смысле, я крещённый, конечно же.
- Твоя тачка? – разбираясь в марках и понимая, что сидит в нефиговом таком внедорожнике, спросила Дженни.
- Каршеринг.
- Каршеринг?! – подавилась она удивлением и хохотом. – За прокат этого ройса, наверное, надо полцены его отдать.
- Не так много, но держать машину в Нью-Йорке – нерентабельно. Проблема с парковками, пробки, редкие загородные выезды. Я предпочитаю такси, как и все. А если уж случай подвернулся, как сегодня – оформил аренду. Мы же твоему бывшему по полной катушке пыль в глаза будем пускать?