- С Рождеством!!! – завопил Марк с последним ударом часов.
- С Рождеством!!! – подхватили мы.
Пабло поцеловал Элис, и она не воспротивилась. Дэйв вздохнул, завидуя поцелую как явлению, Джесси вздохнула менее заметно, завидуя поцелую именно с Пабло. Я посмотрел на Дженни. Она угадала мои мысли, шепнув:
- Думаешь, стоит?
- Мы всё-таки пара. Для всех. Сама так хотела.
- Ну… ладно.
Наши губы встретились. Я не стал демонстрировать при компании глубину своего языка и размах желаний, поэтому остановился на довольно-таки приличном поцелуе. Сунув руку в задний карман, я достал оттуда маленькую золотистую коробочку, перевязанную алым бантом.
- С Рождеством, Дженн, - протянул я ей подарок. Её глаза округлились:
- О! Но… ты не обязан был, мы же… - остановилась она, чтоб не бросить громко «не по-настоящему встречаемся». – Я не могу это принять, Джонни, - тихо промолвила она.
- Почему?
- Я не приготовила тебе подарка.
- Это неважно. Держи.
- Нет, правда…
- Держи, не то обижусь!
Посмотрев на коробочку ещё раз, Дженни сдалась и, аккуратно взяв её пальцами, внимательно уставилась на бантик.
- Подарок внутри, - хохотнул я, - он не заключается в упаковке.
- Я понимаю, - улыбнулась Дженни. – Надеюсь, там нет ничего дороже десяти баксов.
- Ты так плохо обо мне думаешь?
- Да мне просто будет неловко!
- Открывай.
Дёрнув за ленточку, она развязала коробочку и достала оттуда маленький бархатный футляр с фирменной надписью, обличающей его происхождение из ювелирного.
- Ты… с ума сошёл? – Дженни метнулась глазами на друзей, убеждаясь, что никто не смотрит на нас. – Ты не переигрываешь?
- Это не кольцо, расслабься, - засмеялся я, сделав глоток янтарного виски.
- И на том спасибо, - коробочка открылась. Там лежал золотой кулон в форме сердца. На гладкой поверхности красивым курсивом было выгравировано «Happy». – Ты… даришь мне «Счастье»?
- Не я, - игриво посмотрев ей в глаза, я сказал: - Хотя соблазн был велик вставить внутрь своё фото.
- Он открывается?
- Да.
- И кого же ты туда по итогу вставил? – Дженни, увлечённая любопытством, раскрыла золотое сердечко и увидела внутри маленькое зеркальце, в котором отразился кусочек её лица.
- Тебя, - видя её лёгкое замешательство, я объяснил: - Твоё счастье, Дженн, в первую очередь в тебе самой. Я хочу, чтобы каждый раз, когда ты подумаешь, что кто-то заставляет тебя страдать или от кого-то зависит твоё настроение, ты заглянула сюда и увидела, что счастье – это ты. Ты сама можешь преодолеть всё, забить на недостойных и проводить время со стоящими, - я кивнул в сторону девчонок, - у тебя замечательные подруги и, я уверен, есть немало людей, готовых ради тебя на многое. Выбор всегда только за тобой и, я надеюсь, ты будешь выбирать своё счастье, а не иллюзию исполнения мечты.
- Джонни… у меня… нет слов, - растерялась она, смущаясь поднять взгляд от сердечка к моему лицу. Но, в конце концов, решилась и, отложив его, приподнялась на цыпочки, чтобы обнять меня за шею: - Спасибо, Джонни! Это… это… даже не верится, что ты… так продумал… заранее…
- Теперь дашь? – шепнул я ей в ухо и, чувствуя оторопь в её теле, засмеялся: - Да шучу я!
- Вот говнюк! – стукнула Дженни меня в плечо. – Чуть всё не испортил!
- Не хотел, чтобы ты меланхолично загрустила. Оставим сантименты, и будем веселиться, да?
Я взял её за руку и вернул в объятья. Дженни робко поддалась, не убирая моей ладони со своей талии.
- Включите какую-нибудь музыку! Медлячок, - попросил я и, повернувшись к своей сегодняшней девушке, пригласил: - Позволите вывести вас на танец?
Потешаясь над моими манерами, она карикатурно изобразила книксен:
- Не могу отказать, сударь.
За танцами (наш пример оказался заразительным) последовало возвращение игры «Кто ты?», во время которой все чуть животы не надорвали, потешаясь над Марком, никак не понимающим, что он Гринч. Потом попытались играть в пьяный твистер, но быстро посчитали себя переросшими это развлечение. Я так сразу отказался участвовать. Ночь стремительно летела вперёд, как будто её несла по небу упряжка с оленями, и мне даже хотелось ухватить и притормозить эти сладкие часы беззаботности, баловства и сказочной кутерьмы.
Джесси первой зазевала и отправилась спать, указав Марку на диван в гостиной – она не собиралась с ним делить своё ложе. Дэйв к Роуз и не пробовал лезть, та держала себя очевидно дистанцировано, неприступно, так что парни остались внизу, а мы все пошли наверх. У порога комнаты, когда я собрался войти следом за Дженни, меня перехватил Пабло: