— Они убили его, — тихо произнесла женщина. — Он был директором гимназии, учил их детей, а они взяли и убили….
Евгений положил на ее кисть свою ладонь. Лиза вздрогнула и посмотрела на него.
— У меня тоже красные убили отца. Он был врач, лечил людей…. Мать умерла, а где сейчас моя сестра — Нина, я не знаю. Жива она или нет, один Бог знает…
Он замолчал. В комнате стало так тихо, что было слышно, как билась об стекло залетевшая в комнату муха.
— Лиза! Помогите мне подняться, боюсь залежаться.
— Может, дождемся врача? — спросила она у Варшавского.
— Не стоит ждать врача. Я же не враг себе….
Она помогла встать ему с кровати. Он сделал шаг и снова повалился на кровать.
***
— Лиза! Открой дверь! Я тебе молока принесла, — послышался женский голос.
Евгений достал из-под подушки револьвер и, опираясь на трость, подошел к окну. Он отодвинул в сторону занавеску и увидел дородную женщину, которая стояла около калитки. Хозяйка дома вышла из двери дома и открыла ей калитку. Шагая по дорожке, они направились в сторону дома.
— Вы слышали, Лиза, что надумали эти советы? Они хотят организовать переселение рабочих из подвалов!
— Это дело хорошее….
— Да, вы что? Они хотят вселять этих рабочих в приличные дома. К моим соседям по дому уже поселили. Отобрали у них две комнаты, оставив им небольшую комнатенку. Я как подумаю, что и меня могут уплотнить, так страх берет.
Женщина достала из корзины четверть с молоком и поставила ее у двери. Лиза достала деньги и стала с ней рассчитываться.
— Лиза, душенька вы моя, откуда все это? — произнесла женщина и рукой указала на таз, в котором лежали окровавленные бинты.
Лицо хозяйки дома побледнело.
— Это ко мне племянник приходил. Играл в саду, да порезался сильно….
Торговка промолчала. Ее явно не устроил ответ хозяйки дома.
— Как он сейчас, ваш племянник?
— Слава, Богу. Все хорошо…..
Слушая их разговор, Варшавский нечаянно уронил на пол книгу, лежавшую на столе в зале.
— Это что у тебя там? — спросила торговка Лизу.
— Наверное, кошка. Кто еще может лазить в доме.
Торговка быстро распрощалась с хозяйкой и, семеня ногами, быстро двинулась дальше по улице.
— Мне нужно срочно уходить, — произнес Варшавский.
— Куда вы пойдете? Вы по комнате кое-как ходите. Что вы запаниковали? Я не думаю, что она побежала доносить на меня.
— Лиза! Вам тоже нужно уходить. Если они узнают, что вы оказывали помощь офицеру, то они просто расстреляют вас.
Она села на стул и посмотрела на Варшавского.
— Мне некуда уходить. У меня кроме этого дома никого и ничего нет.
— Какая разница, просто, нужно срочно уходить.
Он проковылял в прихожую и стал надевать на себя шинель. Евгений услышал, что где-то недалеко от их дома остановился автомобиль.
— Лиза! У вас есть «черный выход»?
— Да, — коротко ответила хозяйка.
Она провела Евгения до кухни и рукой указала ему на дверь, которая выходила в сад.
— Ну что вы стоите, Лиза? Одевайтесь….
— Уходите, Евгений…
Она обняла его и поцеловала в губы.
— Бог даст, еще увидимся.
Он вышел из дома и оказался в старом саду. Опираясь на трость, Евгений направился в дальний конец сада. Со слов хозяйки, там должна была быть калитка. Он услышал звон разбиваемого стекла, обрывки выкриков. Сейчас он не сомневался в том, что на Лизу донесла торговка молоком, стараясь спасти свой дом от возможного подселения к ней рабочей семьи.
«У меня есть еще пятнадцать минут, а там они бросятся в погоню за мной, — размышлял он. — Что они сделают с Лизой? Зачем я себя спрашиваю об этом? Они ее уничтожат, как уничтожили тысячи ей подобных».
— Гражданин! Остановитесь! Это ЧК!
Евгений продолжал ковылять к калитке, делая вид, что этот выкрик предназначен кому-то другому, но не ему. Он остановился лишь тогда, когда на его плечо легла тяжелая мужская рука.
— В чем дело? — произнес Варшавский, оборачиваясь к чекисту.
— Ваши документы, гражданин, — произнес мужчина средних лет, одетый в потертую кожаную куртку. — Я к вам обращаюсь!
Он еще что-то хотел сказать, но не успел. Евгений выстрелил ему в живот, не вынимая оружия из кармана шинели. Мужчина, схватившись за живот, медленно повалился около старой яблони. Он лежал среди спелых яблок, как-то неестественно поджав под себя ноги в стоптанных сапогах. Похоже, выстрел услышали в доме. В дверях показалась мужская фигура с зажатым в руке револьвером. Выстрел не позволил ему выйти из дома. Мужчина рухнул в кухню, дав Евгению еще лишнюю минуту, для побега. Он успел закрыть за собой калитку, прежде чем за его спиной раздался выстрел.