«Это может и не произойти», — сказал я, чтобы подбодрить его, потому что я пил виски.
Тогда он посмотрел на меня. Показалось, что в его глазах на мгновение мелькнула надежда, потом она исчезла…..
«Тебя это волнует?» — спросил он.
«Волнует. Это и мой мир тоже. Теперь».
Он отвернулся.
«Не понимаю я тебя, — выговорил он наконец. — Да и остальных, коли на то пошло…».
Мне думалось, что я понимал, хотя вряд ли от этого было легче. Все мои эмоции в эту минуту заключались в их отсутствии.
Я ждал. Я не знал его настолько хорошо, чтобы понять, почему он должен реагировать иначе, чем все остальные, и это для меня осталось невыясненным. Однако он сказал еще одну вещь, которая мне запомнилась.
«…Но, по-моему, всех надо бы упрятать куда-нибудь, пока они не научатся вести себя как следует».
Банально, смехотворно и абсолютно невозможно, разумеется. Пока, во всяком случае.
Разлив остатки спиртного на две неразбавленные порции, я поторопил его на его пути к забвению, немного сожалея, что больше совсем ничего не осталось, и я не мог последовать за ним.
Вот, вот, и потом: Там…
(Звезды). (Из туннеля под небесами и вниз),
(Вход). (Сливающиеся огни и гром).
(Облака). (Песнь воздуха). (Незримые щупальца материи).
(Облака облака)
(Вспышка N1/N2/N3.) Привлечать озна
спер- анца
гол ч’ -
за- ваться?)
…были вспышки, разрезающие небо, словно ножницами молний. Несмотря на защиту и мою отдаленность от взрывов, меня швыряло, как волан. Я подался вперед в своем боевом скафандре, оставив компьютеру разбираться со всеми помехами, но сохраняя готовность перейти на ручную работу, если возникнет необходимость. Алво вспыхивала подо мной слишком быстро изменяющимся зелено-коричнево-серо-голубым узором, чтобы я мог различать подробности до тех пор, вероятно, пока у меня не будет времени просто сидеть и разглядывать ее. Но я не ощущал, особого напряжения, наматывая МВДИ внутри себя, уничтожая расстояние, продираясь сквозь его грохот. Чтобы сделать дело так быстро, как это теперь казалось необходимым, не следовало терять время на тонкости восприятия. Система внутренней охраны Доксфорда была слишком надежной и требовала не менее, чем многолетней военной кампании по проникновению внутрь. У Стайлера была превосходная защита, но мы ничего другого и не ожидали. Поэтому было решено, что наибольшие шансы на успех имеет внезапный выпад, стремительная атака, сметающая все на своем пути.