Он потянул ее за собой к воздушному стойлу Птицы.
Гаруда была разбужена и отвязана, но колпак еще оставался на ее глазах.
Кубера отнес потерявшего сознание Сэма в загон и привязал к сиденью седла. Затем он спустился и повернул последнюю рукоятку. Верх клетки откатился. Кубера взял длинный металлический крюк и пошел обратно к веревочной лестнице. От Птицы невыносимо воняло. Гаруда беспрерывно двигалась и топорщила перья длиной в два человеческих роста.
Кубера медленно взобрался на нее.
Как раз когда он привязывался к сиденью, к клетке подошли Яма и Ратри.
— Кубера! Что за безумие! — закричал Яма. — Ты же никогда не любил высоты!
— Важное дело, Яма, — ответил Кубера, — а ехать в громовой колеснице — потратишь целый день.
— Какое дело? И почему бы не взять гондолу?
— На Гаруде быстрее. Я расскажу тебе, когда вернусь.
— Может, я могу помочь тебе?
— Нет. Спасибо.
— А Муруган может?
— В этом случае, да.
— Вы никогда не были в хороших отношениях.
— Мы и сейчас не в хороших. Но мне нужны его услуги.
— Эй, Муруган! Ты почему молчишь?
— Он спит, Яма.
— Но у тебя лицо в крови, брат!
— Со мной произошел небольшой несчастный случай.
— И Муруган тоже плохо выглядит…
— От того же несчастного случая.
— Что-то тут неладно, Кубера. Подожди, я войду в клетку.
— Отойди, Яма!
— Локапаласы не приказывают друг другу. Мы равны.
— Отойди, Яма! Я снимаю колпак Гаруды!
— Не делай этого!
Кубера внезапно наклонился с крюком и снял колпак с высокой головы Птицы. Гаруда закинула голову и снова крикнула.
— Ратри! — сказал Яма. — Наложи тьму на глаза Гаруды, чтобы она не могла видеть.
Яма двинулся к входу в клетку. Тьма, как грозовая туча, окутала голову Птице.
— Ратри! — сказал Кубера. — Сними этот мрак и наложи на Яму, или все пропало.
Ратри поколебалась секунду, но послушалась.
— Иди быстрее ко мне! — крикнул Кубера. — Поднимайся на Гаруду, поедешь с нами. Ты нам чертовски нужна!
Ратри вошла в клетку и пропала из виду, потому что тьма распространилась, как чернильная лужа, и Яма ощупью искал дорогу.
Веревочная лестница была сброшена, и Ратри поднялась на Гаруду.
Птица закричала и подскочила в воздух, потому что Яма двигался вперед с кинжалом в руке; он резанул первое, что попало под руку.
Ночь окутала их, и Небо осталось далеко внизу.
Когда они набрали высоту, начал приближаться купол. Гаруда спешила к воротам, не переставая кричать.
Они миновали ворота, и Кубера поторопил Птицу.
— Куда мы едем? — спросила Ратри.
— В Кинсет, на реке Ведра, — ответил Кубера. — А это Сэм. Он жив.
— Что случилось?
— Он тот, кого ищет Яма.
— Он найдет его в Кинсете?
— Без сомнения, госпожа. Без сомнения. Но прежде чем он найдет его, мы, возможно, подготовимся получше.
В дни, предшествующие Великой Битве, в Кинсет пришли защитники. Кубера, Сэм и Ратри дали предупреждение. Кинсет уже знал, что его соседи поднимаются, но не знал о небесных мстителях, готовых прийти.
Сэм обучал войска, которые должны были сражаться с богами, а Кубера — тех, кто будет сражаться с людьми.
Для Богини Ночи были выкованы черные доспехи, на которых было написано: «Охраняй нас от волка и волчицы и от ночного вора».
А на третий день перед палаткой Сэма на равнине за городом поднялась огненная башня.
— Владыка Адского Колодца пришел сдержать свое обещание, о Сиддхарта, — сказал голос в его голове.
— Тарака! Как ты нашел меня… и как узнал меня?
— Я смотрю на пламя, которое является истинной твоей сущностью, а не плоть, скрывающую его. Ты же знаешь.
— Я думал, что тебя нет в живых.
— Почти так и было. Эти двое действительно пьют жизнь глазами! Даже жизнь такого существа, как я.
— Я же тебе говорил. Ты привел с собой свои легионы?
— Да. Привел.
— Это хорошо. Боги скоро будут здесь.
— Я знаю. Я много раз бывал в Небе на ледяных шапках его гор, а мои шпионы и сейчас там. Поэтому я знаю, что они готовы идти сюда. Они также приглашают людей принять участие в сражении. Хотя они и не считают, что им нужна людская помощь, но думают, что люди пригодятся для разгрома Кинсета.
— Да, это понятно, — заметил Сэм, созерцая громадный вихрь желтого пламени. — Что еще новенького?
— Идет Красный.
— Я его ждал.
— Идет к своей смерти. Я должен победить его!
— У него будет с собой репеллент.