— Знаю, но это только начало.
— Ты посчитал, сколько денег требуется, чтобы сделать их мечты реальностью? Чтобы они действительно смогли поверить в секту, нужно, чтобы мы могли им продемонстрировать такую возможность. Для этого надо вложиться, и крупно. Сколько стоит показная реализация их потребностей?
— Да немного. Миллиона рублей хватит.
— Миллион? Пятнадцать человек?
«Он абсолютно тупой, — подумал Мастер. — И куда глядели мои глаза?»
Плюс общины по интересам состоял в том, что стартовый капитал был совсем маленький. Нужно было только вселить в голову сильного человека, что осуществить мечту — возможно. В проекте в деревне Шипаево таким человеком оказалась Кристина Слайэрс. Ей достаточно было лишь вселить в голову, что ее мечта может осуществиться. Дальше она все сделала сама: нашла спонсоров, людей, все выстроила. И люди потекли, и деньги приносить стали. Сначала мало, но потом уже неплохо. Жаль, что там все пришлось уничтожить. Оставлять — слишком рискованно, все вышло из-под контроля.
А вот этот проект, подбор членов, который был поручен Священнику, требовал совсем других вложений. Нужно было создать такое общество, в котором каждый смог бы реализовать свои преступные потребности. И когда люди на тест-драйве увидят, что есть такое место, они все продадут, чтобы туда попасть. Но чтобы это им показать, нужно хорошенько вложиться. Ведь вся эта чернуха под уголовным запретом, такие люди для достижения своих целей в группы не объединяются.
— Вот смотри, Франциск, на свои ошибки. Ты убедил меня, что мясник и художник станут самыми преданными нам, если мы позволим им порезвиться с телами. Верно? И мы им позволили, мы соорудили секционную, куда выгрузили трупы всех убитых нами людей, и ушли, чтобы наблюдать удаленно. Оставив этих двоих психов наедине с телами. Они потрошили там полночи. И что в итоге? Они получили свою долю удовольствия и испарились. Одного задержали, другой покончил жизнь самоубийством, и ни один не успел подарить нам свои квартиры и деньги. Но ты пошел дальше и налажал в устранении следов. Я велел тебе нанять людей, которые спрячут тела. Что сделал ты? Ты решил сэкономить и вместо наших обычных исполнителей нанял какого-то придурка, который просто закопал тела, хотя я велел растворить тела в кислоте. Больше того, этот идиот тебя нашел и приперся к тебе с исповедью. Где еще ждать от тебя такие косяки? Где еще мне за тобой прибрать?
— Мастер, не лукавь. Я решаю очень много задач. Тебе напомнить, как ты мне велел избавиться от Лизы и ее детей? А потом испугался, что ее хватятся, и велел отогнать ее автомобиль в лес и бросить рядом с захоронением, чтобы спутать следы? Чего же ты сам не поехал? Все было просто — найти схоронку, оставить машину там, стереть отпечатки. Но ты лишь командуешь, руками ты ничего никогда не делал. А я старался изо всех сил. Я сделал все, что мог. На мне слишком много ответственности в последнее время. И я просто человек, который делает дело. Да, не безупречно, да, не идеально. Но делаю.
— Я финансировал сотни группировок под прикрытием иеговистов, баптистов и прочих религиозников, которые не имели ничего общего с религией. Я выкупал людей с имуществом у тех сект, где был избыток, забирал к себе и дожимал остатки. И делал все это один, еще до тебя. И параллельно занимался своей основной работой, где также преуспел. Я управляю огромным фондом, под эгидой которого отмываются миллионы долларов. А ты даже бумажку в руках не держал! Получаешь свои конверты и думаешь, что мы просто делим деньги, которые принесли люди в общину… Если бы я хотел делать грязную работу, будь уверен, она была бы выполнена так же идеально, как и управление деньгами. Может быть, дело все же в том, что ты ни на что не годен?
— А может быть, мы зря поверили в идею объединения не по принципу религии? — задал встречный вопрос Священник.
— Давай я попробую тебе еще раз объяснить, — устало сказал Мастер. — В нашу эпоху людей нужно объединять по другому принципу — дауншифтинг, здоровое питание, еще какая-то херня в этом духе. А также запретные плоды. Вот в чем будущее сект, конечно, если правильно все построить.
— Запретные плоды — мой проект, — напомнил Священник. — Это я придумал, что на психах и реализации их потребностей можно делать деньги. Ты веришь только в этот свой дауншифтинг. Заметь, в моем проекте от тебя ничего не требовалось, только найти место, куда я привезу эту группу, и обеспечить им жизнь. Все остальное я брал на себя. У меня теперь надежные исполнители, такого косяка, какой случился с телами на Рублевке, больше не будет. Я теперь работаю с дорогостоящими, но очень надежными людьми. Просто тогда у меня не было никого на примете. Мой новый проект принесет нам много денег, я в него верю. И ты обещал мне, что возьмешь его под финансовое управление. Это значит, что моя задача завершится, как только я соберу людей.