Вероника громко выдохнула и скептически закатила глаза.
- Ой, мама, не начинай. Скажи ещё, что этот Василий ваш — провидец. - Молодая женщина с досадой посмотрела за окно. Мать опять включила заезженную пластинку про Бога и необходимость верить в Него.
- А чо приснилось то? — Максим оторвался от вкусной косточки и заинтересованно глянул на тёщу, которую явно расстроили слова дочери.
В отличие от супруги, он не стыдился старушки и рад был бы ездить к ней чаще. Да чего греха таить, он не прочь и забрать её в их большой дом. Места там достаточно. А если бабку одолеют немощи, хватит денег, чтобы сиделку нанять и обеспечить родственнице достойный уход.
Однако Вероничка и слышать не желает о таком. Как только он разговор заводит, злится и нервничает. Эх. Не знает она, каково оно в раннем возрасте родителей терять, бороться за них умирающих, ломать руки в бессилии и принимать страшную участь такой, какая она есть.
- Отец Василий не велел никому рассказывать. - Нина Андреевна теперь не знала, стоит ли продолжать разговор. Вероникины глаза при упоминании отца Василия сверкнули демоническим огнём. Никогда девочка местного батюшку не любила, в то время как все остальные сельчане души в нём не чаяли. — На всё воля Божия, и он, Боженька наш, любую беду может от нас отвести. Сны лишь предупреждение, а не неизбежность. Батюшка просил вас к нему подойти, пообщаться.
- Ещё чего! Мне о нём слушать муторно, я ещё должна с ним встречаться?! – Вероника со вздохом посмотрела на салат. Чуть слюнки не потекли. Глянула на мужа. — Времени у нас нет. Ехать нужно!
Максим воззрился на жену так, будто бы она лишает его самого большого счастья в жизни. Они же только приступили к обеду! Некоторые блюда нетронуты, а выглядят так аппетитно. Мужчина рассчитывал после трапезы в саду посидеть с бабулей пообщаться. Его мать была бы сейчас намного моложе Вероникиной мамы. Он, в отличие от супруги, не поздний ребенок.
- Знала я, что вы надолго не задержитесь, - вздохнула Нина Андреевна. – Собрала вам в дорогу закруток с огорода. Приготовила посуду, чтобы вкусности с собою забрали. Владушку угостить. Жаль, что не привезли внучка бабушку проведать.
- У Владика сегодня английский и математика. Его репетиторам непросто занятия переносить. У таких дорогих учителей график забит до отказа. А пропускать уроки нельзя. Сейчас человека образование кормит. Без знаний он никто. – Вероника посмотрела на мать свысока. – А угощение оставь себе. Неужели ты думаешь, что сын банкира в чём-то нуждается? У него есть всё необходимое и во много раз больше. Тебе даже и не снилось…
Вероника противоречила сама себе, потому как её уж точно не образование кормило. Хотя, конечно, зависит от того, с какой стороны смотреть. Образование её предприимчивого мужа кормило пару сотен его сотрудников, неизвестно сколько нищебродов, Макс занимался благотворительностью, и саму Веронику, а также их общего многообещающего отпрыска, по всем признакам уродившегося в отца.
- Понимаю. – Снова вздохнула старая женщина. Внука она любила больше всех на свете, а видела крайне редко. Дочь в гости не звала, а Владика брала с собой, когда ехала к матери, через раз. – Я вот сейчас с огородом закончу и могу к вам приехать. Соседка моя, Марья Андреевна, за скотиной и курами присмотрит.
- Конечно! Приезжайте! – Обрадовался Максим.
- Мама! Ты же знаешь, мы заняты, и нам некогда тебя развлекать. – Вспыхнула Вероника.
- Так меня не нужно развлекать. Я по хозяйству помогу. – Униженно пролепетала старушка.
- А домработница на что? – Щеки Вероники покрылись румянцем.
Максим же густо покраснел и посмотрел на супругу. Не с досадой, не с огорчением, а с каким-то нездоровым интересом.
Кто эта женщина?
Как он, умный и разбирающийся в людях, мог на ней жениться?
Иногда ему хотелось забыть о том, что Вероника — мать его единственного сына, и выставить её за дверь. Заплатить, отдать всё, лишь бы эта незнакомая и чужая расфуфыренная дама убиралась от них подальше. Больше всего он боялся, что сын пойдёт в свою заблудшую маму. Вырастет таким же бесчувственным эгоистом. Максим считал, что для родителей самое большое фиаско в жизни — дети, подобные Веронике. И как у Нины Андреевны, набожной, терпеливой и внимательной, выросла такая дочь?
«Пора становиться мужиком. В конце концов, это я глава семьи», - подумал мужчина и произнёс: