- Забавно, - повторил Базел, навострив уши. - Странный, очень странный ты человек, Венсит из Рума.
- Конечно, я такой. Я же волшебник.
Венсит одарил их еще одной улыбкой, затем исчез, спускаясь по винтовой лестнице в башню, а Базел и Лиана повернули обратно во двор.
Теперь он быстро пустел, и она прислонилась к нему головой, одной рукой обняв его за талию.
- Шарласса, как маг? - Она тихо рассмеялась. - И как будущая баронесса Балтар и леди-правительница Уэст-Райдинга. Я поражена, что она еще не украла лошадь и не сбежала, чтобы спрятаться среди вакуо!
- Или у дев войны, - согласился Базел со смешком. - Но думаю, что она сделана из более прочного материала, чем когда-либо сама считала.
- Не говоря уже о том факте, что Трайанал выследил бы ее, где бы она ни пряталась, - признала Лиана. Затем она подняла дьявольски бровь, глядя на своего возвышающегося мужа. - А как насчет твоей сестры, милорд защитник?
- Что касается этого, то это только начало, - спокойно ответил Базел. - Не скажу, что я как-то возражаю против этой идеи, имей в виду, и уверен, что мой отец видит преимущества так же ясно, как и Аршам. Но у Шарки тоже есть свой собственный разум, и ни отец, ни мать не стали бы подталкивать ее к чему-либо, даже если бы у них было хоть какое-то представление о том, что они могут.
- Но Аршам, похоже, интересуется ею не только по "государственным соображениям", - заметила Лиана.
- Да, так он и делает. И я думаю, что она более чем немного заинтересована в нем. - Базел пожал плечами. - Но ты, без сомнения, заметила, что она стала немного упрямой,. Я понятия не имею, откуда у нее это, при той разумности, как у всех остальных членов моей семьи, но все же это есть, и уже много лет ее сердце настроено на путь служанки меча. Я думаю, что со стороны Аршама потребуется чертовски много терпения, чтобы уговорить ее согласиться стать чьей-нибудь княгиней.
- Ну, не думаю, что он смог бы продержаться при Чарнаже так долго, если бы не был терпеливым парнем, - задумчиво сказала Лиана, и Базел усмехнулся.
- Да, так оно и есть. И это у меня на уме, поскольку Шарка тоже это знает. Я думаю, она хочет посмотреть, насколько он терпелив после того, как стал таким. И ей всего лишь чуть за пятьдесят. Ей пора позволить ему хорошенько измотать ее.
Лиана посмотрела на него с удивлением, затем нахмурилась.
- Но если она выйдет за него замуж, ей придется покинуть Орден?
- Что касается этого, решение будет за ней, - сказал Базел гораздо более трезво. - Ей не пришлось бы отказываться от своей клятвы меча, но этого вполне достаточно, чтобы Орден Харграма освободил ее. И она не согласилась бы выйти замуж, если бы у нее было хоть какое-то представление, кроме как выполнять обязанности, связанные со свадьбой с правящим князем. Я бы нисколько не удивился, если бы она уже обсудила это с Хартангом.
Лиана кивнула. Хартанг стал командующим Орденом Харграм после смерти Вейжона. По многим причинам это была не та ответственность, которую он желал, но, как однажды заметил Базел, последователь Томанака - это тот, кто делает то, что нужно, и никогда не было никаких сомнений в том, кого сам Орден выберет преемником Вейжона. И, вероятно, было даже к лучшему, что не было путаницы с его руководством, поскольку Орден, несмотря на свои потери в Хэнгнисти, вскоре стал бы намного больше, чем был. Битва при Хэнгнисти не принесла ничего, кроме увеличения его известности, и число его членов росло не по дням, а по часам.
И тот факт, что принц Юрохас присоединился к Ордену Харграма, ничуть не помешал его пополнению здесь, в королевстве, размышляла она.
- Думаю, Вейжон гордился бы ими, - тихо сказала она, и Базел улыбнулся.
- Да, он бы так и сделал. Он был редким щеголем, когда мы впервые встретились, но более прекрасного человека я никогда не знал.
- Ну, если это так, то вы имели немалое отношение к тому, как все обернулось, - внезапно раздался голос позади них, и они быстро обернулись, широко раскрыв глаза.
- Не нужно выглядеть так, как будто вы только что увидели привидение, - сказал им Вейжон с озорной улыбкой. Он стоял на зубчатой стене, крутая крыша Восточной башни была едва видна сквозь него, и мягкое голубое свечение окружало его, достаточно яркое, чтобы быть видимым даже при солнечном свете.