– Где б мы сейчас могли находиться? – спросил Брандарк через некоторое время.
– Думается, мы отошли от Черной реки лиг на сто пятьдесят. Если так, то сейчас мы примерно в пятидесяти лигах от побережья.
– Так близко? – Брандарк нахмурился и почесал нос. – И что будет, когда мы доберемся до побережья, хотелось бы мне узнать? Как ты сам сказал, они разослали предупреждения по всем постам – выходит, и по всем портам тоже. Это значит, что суда для нас недоступны, и, так как я все еще не научился плавать, а ты не умеешь ходить по воде, возможно, пора поразмыслить, что мы будем делать дальше.
Базел согласно хмыкнул и остановился, когда они достигли долгожданной тени, которую давала маленькая группа деревьев. Он вытер мокрое лицо и пожал плечами.
– Сдается мне, мы оторвались от тех, кто сидел у нас на хвосте, – сказал он наконец. – Мы двигались не так уж быстро. Если бы они не потеряли нас окончательно, хоть кто-нибудь из них обязательно бы нас догнал. Да и тот дождь тоже сильно помог. После него мало что из наших следов могло уцелеть. Так что нам остается только держаться подальше от дорог и не высовываться.
– И?..
– Если верить карте, западнее Борталыка на побережье портовых городов почти нет. Поэтому по побережью мы свернем на запад.
– И куда направимся?
– Решим на месте. Можно пойти к Марклыкскому проливу, переправиться на остров Марклык и там сесть на судно. Можно отправиться на северо-запад на территорию градани Дикого Плеса, можно, наконец, срезать на север через Танцующий лес и вернуться обратно в Империю Копья.
– Ты представляешь себе, какие это расстояния?
– Да уж, представляю получше, чем ты. – Базел задрал ногу и полюбовался дырявой подошвой. – Но если у тебя имеются свои соображения, мне было бы очень приятно их услышать.
– Нет-нет, у меня и в мыслях не было вмешиваться в твое великолепное планирование нашей прогулки. Что такое лишняя сотня лиг, если мы получаем такое удовольствие!
– Ну? – Голос Ратана звучал раздраженно. За последнюю неделю постоянной скачки, часто под дождем, его внешний лоск сильно полинял, но тем заметнее стала крутость характера, раньше скрываемая этим лоском. Поэтому подскакавший к майору разведчик чувствовал себя весьма неуютно. Ратан был чрезвычайно недоволен, когда они потеряли следы убийц его кузена. Он дал приказ рассеяться и снова найти след, но необходимость прочесывать каждую складку местности очень сильно задерживала отряд, и майор начал вымещать свое неудовольствие на каждом, кто не смог найти желаемых следов.
– Я… не совсем уверен, сэр, – произнес разведчик.
– Не уверен? – повторил майор с угрожающими нотками в голосе.
– Я нашел след, майор, но не уверен, по этому ли следу мы шли раньше.
– Покажите! – отрывисто гаркнул Ратан.
– Есть, сэр.
Разведчик развернул лошадь и поскакал впереди. Он почти сожалел о том, что вообще открыл рот, но если бы доложил не он, а кто-то другой, то было бы еще хуже, думал он философски.
Через двадцать минут они подъехали к находке и спешились: это было покрытое пеплом кострище и следы стоянки.
– Вот, майор, – показал разведчик.
Ратан упер руки в бедра и оглядел место стоянки. Лагерь был совсем свежим, но градани, которых они преследовали, вели себя более скрытно. Их костры, когда они их разводили, были меньше, чем этот, стоянки лучше выбраны и тщательнее замаскированы, – в общем, они предпринимали немалые усилия, чтобы оставить после себя как можно меньше следов.
– И с чего ты взял, – спросил майор зловеще тихо, – что это именно те ублюдки, за которыми мы гонимся?
– Я этого не говорил, сэр, – поспешно вставил следопыт, – но вы приказали докладывать о любых обнаруженных следах, к тому же мы ищем градани.
– Ну и?.. – Майор покосился на солдата.
– Вот, сэр. – Разведчик извлек из поясного мешка бронзовую пряжку. – Я нашел это здесь при первом осмотре.
Майор повертел пряжку в пальцах и нахмурился, глядя на угловатые символы, вытравленные на металле.