"Традиционные занятия?" - повторила Керита.
- О, да. - Улыбка Лианы превратилась в кривую усмешку. - Должна признать, что я надеялась, что побег к девам войны, по крайней мере, спасет меня от лап моих наставников. К сожалению, оказывается, что "девы войны" требуют, чтобы все их члены были грамотными, и они "настоятельно рекомендуют" нам продолжать дополнительное образование. - Она фыркнула. - За исключением того, что в моем случае вместо этого они назначили меня одной из наставниц!
- Понятно, - сказала Керита, пряча улыбку, вспомнив, какая упряжка сильных лошадей потребовалась, чтобы затащить ее в класс, когда она была в возрасте Лианы.
- Однако самое главное, - тихо продолжила Лиана, - это то, что, приехав сюда, я сделала самое важное. Враги отца больше не могут использовать меня против него, и у меня есть шанс стать кем-то, кроме послушной маленькой кобылы, приносящей жеребят какому-нибудь прекрасному жеребцу, который полностью контролирует мою жизнь.
- Тогда я рада, что у тебя есть такая возможность, - сказала Керита.
- Я тоже, правда. - Лиана твердо кивнула, как бы подчеркивая эти простые слова.
- Хорошо. - Керита на мгновение легонько положила руку на плечо девушки. - Это было то, что я хотела узнать, прежде чем уеду в Куэйсар.
- Куэйсар? Ты собираешься навестить Голос?
Что-то в том, как Лиана задала вопрос, заставило глаза Кериты сузиться.
- Да. Почему ты спрашиваешь?
- Без причины, - сказала Лиана, просто немного слишком быстро. - Это просто... - Она замолчала, поколебалась, затем покачала головой. - Просто у меня такое... неприятное чувство.
- По поводу чего? - Керита была осторожна, чтобы в ее собственном тоне не было намека на что-либо.
- Насчет Голоса, - сказала Лиана тихим голосом, как будто она признавалась в какой-то ужасной вине.
- Какого рода чувство? Если уж на то пошло, почему у тебя вообще есть какие-то "чувства" к ней? Я не думала, что ты даже встречалась с ней.
- Я с ней не встречалась, - призналась Лиана. - Думаю, вы могли бы сказать, что то, что у меня есть, - это "ощущение из вторых рук". Но я говорила о ней с некоторыми другими девами войны. Очень много.
- Говорила? - глаза Кериты сузились. Ее беседа с Ялит не предполагала, что сообщество Кэйлаты было так сильно сосредоточено на Голосе, как, казалось, подразумевала Лиана.
- Да, - сказала девушка. - И, честно говоря, дама Керита, меня больше всего беспокоит то, как они говорили со мной о ней.
- Предположим, ты объяснишь это, - предложила Керита. Она отступила назад и оперлась сзади на перила крыльца, прислонившись спиной к одной из вертикальных опор навеса и скрестив руки на груди. Утренний солнечный свет согревал ее плечи, когда она склонила голову набок.
- Вы знаете, что я самый "благороднорожденный" человек в Кэйлате, - начала Лиана через мгновение, и Керита подняла одну бровь. Девушка увидела это и поморщилась. - Это не комментарий типа "о-какой-я-замечательный-человек", дама Керита. Я хотела сказать, что, хотя я была всего лишь дочерью отца, а не его настоящей наследницей, я видела гораздо больше политической клеветы и маневрирования, чем большинство присутствующих здесь людей.
- Хорошо, - медленно сказала Керита, кивая, когда Лиана сделала паузу. - Я признаю это - по крайней мере, на аристократическом уровне. Не совершай ошибку, полагая, что крестьяне не могут быть такими же спорщиками. Или столь же тонкими в том, как они кусают друг друга за спиной.
- Я не буду. Или, по крайней мере, не думаю, что буду, - ответила Лиана. - Но дело в том, дама Керита, что то, как люди здесь говорят о Голосе, кажется мне, ну, странным.
- Почему?
- Во-первых, - сказала Лиана очень серьезно, выражение ее лица было сосредоточенным, - есть точно, кто из дев войны, кажется, говорит больше всего. Это не те, кто постарше, или те, кто занимает самые высокие посты - не такие люди, как мэр Ялит, или администратор Далтис, или Эрлис-сотница, например. И это не самые молодые, как Гарлана, разве что в некотором роде вторящие эхом.
- Что ты имеешь в виду, "вторя"?
- Это почти как организованный шаблон, - сказала Лиана, очевидно, тщательно подбирая слова. - Думаю, что на самом деле именно это привлекло мое внимание в первую очередь. За эти годы было достаточно кампаний шепота против отца, чтобы я автоматически стала подозрительной, когда мне кажется, что я вижу то же самое где-то в другом месте.