Варнейтус смотрел на нее несколько долгих, безмолвных секунд, затем пожал плечами.
- Очень хорошо. Надеюсь, что ты права. Но независимо от того, так это или нет, ответственность лежит на тебе, Парата - на тебе и Далахе. Я предупреждал тебя, как предупреждал ее. Я надеюсь, что ваши приготовления адекватны.
- Так и есть, - сказала она с абсолютной уверенностью.
- Рад это слышать, - сказал он. - Но в то же время я сделал все, что мог. С этого момента ты сама по себе. Если твоя уверенность оправдана, я увижу тебя снова через несколько дней.
Парата снова открыла рот, но прежде чем она успела заговорить, он исчез. Она постояла на зубчатой стене, глядя на пустые каменные плиты, на которых он стоял, затем прорычала проклятие себе под нос и повернулась, чтобы еще раз взглянуть на дорогу из Кэйлаты.
Скачущая рысью всадница была теперь гораздо ближе, и Парата две долгих минуты смотрела на нее с мрачной, голодной улыбкой. Затем она рассмеялась один раз, звук был похож на треск замерзшей ветки под тяжестью зимнего льда, и отвернулась.
- Конечно, дама Керита! Входите, входите! Мы вас ждали.
Офицер, командовавший в основном церемониальной охраной ворот храма, низко поклонился и приветственно махнул рукой в сторону открытых ворот. Он выпрямился, обнаружив, что Керита смотрит на него сверху вниз с седла Облачка с насмешливым выражением лица, и слегка нахмурился, как будто удивился, что она не проехала мимо по его приглашению.
- Ждали меня? - сказала она, и он прочистил горло.
- Э-э, да, миледи. - Он встряхнулся. - Голос предупредил нас несколько дней назад, что вы приедете навестить нас, - сказал он менее взволнованным тоном.
- Понимаю. - Керита записала эту информацию вместе с сильным сотойским акцентом офицера и теплотой, которая проникла в его собственный голос, когда он упомянул Голос. Для храма Лиллинары в империи Топора было необычно, чтобы стражей ворот командовал мужчина. Однако, это не было чем-то неслыханным даже там, учитывая небольшой процент женщин империи Топора, которые имели дело с оружием, и она предположила, что это имело еще больше смысла здесь, в королевстве Сотойи, где еще меньше женщин были воинами. Тем не менее, она также увидела двух дев войны в чари и ятху, стоящих позади него, с мечами на бедрах, скрещенными патронташами с метательными звездами и традиционными гарротами дев войны, обернутыми вокруг их голов, как кожаные повязки. Учитывая особое значение, которое Куэйсар имел для всех дев войны, она нашла... интересным, что вся охрана храма состояла не только из них.
То, как командир стражи говорил о Голосе, было почти столь же интересно, особенно от уроженца Сотойи. Казалось, он чувствовал себя совершенно комфортно на службе в храме, не просто посвященном богине женщин, но и тесно связанном с созданием всех этих "неестественных" дев войны. Конечно, любой, кто согласился бы на эту должность, прежде всего должен быть более просвещенным, чем большинство его собратьев-мужчин сотойи, но в его тоне было нечто большее, чем простое принятие или даже одобрение. Это было гораздо ближе к тому, что почти можно было бы назвать... почтением. Если уж на то пошло, Кериту не слишком заботил взгляд его глаз, хотя ей было бы трудно определить, что именно в этом ее беспокоило.
- Да, миледи, - продолжил офицер. - Она знала, что вы посетили Кэйлату и лорда Трайсу, и она сказала нам почти неделю назад, что вы также посетите нас. - Он улыбнулся. - И, конечно, она совершенно ясно дала понять, что мы должны приветствовать вас со всей вежливостью, подобающей защитнику Бога войны.
Керита взглянула на остальную часть его охраны: двух дев войны, которых она уже заметила, и еще троих мужчин в традиционных кирасах и коже сотойи. Они были слишком хорошо обучены, чтобы отказаться от своей позиции профессиональной бдительности, но язык их тела и выражения лиц соответствовали теплоте в голосе их командира.