- Удачи, - с чувством сказала Ялит и оглянулась на Лиану. - Я даже не хочу думать о том, какие... жилищные условия тебе придется устроить для Гейрфрессы. Ни у кого в Кэйлате нет таких конюшен, какие мог бы предоставить барон Теллиан, во всяком случае, это я знаю точно!
- Я уже думала об этом, мэр, - ответила Лиана. - Честно говоря, Гейрфресса на самом деле не очень любит конюшни. Мы с ней обсудили это, и мы думаем, что лучшим решением будет переселить меня в старый гостевой дом, при условии, что вы и Балкарта-пятисотница одобрите. - Она скорчила гримасу. - Я знаю, что он огромен для одинокой воительницы, но мне пришлось бы потратить столько времени на заделку дыр в крыше и полу, что я сомневаюсь, будто кто-то подумает об этом как об особой поблажке, и он примыкает к окраине города и всем этим открытым полям вплоть до реки. И я могла бы подлатать старую конюшню, чтобы кобыла могла укрыться в ней от непогоды. Если уж на то пошло, как только я приведу ее в полуобжитое состояние, я бы, вероятно, перевела туда Бутса из городской конюшни.
- Так ты и его оставляешь?
- Конечно, это так. И я тоже собираюсь регулярно ездить на нем верхом. - Лиана улыбнулась. - Гейрфресса настояла бы на этом, даже если бы я этого не хотела.
- Это приятно знать, - сказала Ялит. Она подумала об этом несколько мгновений, а затем пожала плечами. - В любом случае, никто не пользуется этой старой развалюхой. На самом деле, я подумывала о том, чтобы снести его до того, как он рухнет под собственным весом. Так что, если вы с Гейрфрессой хотите этого, я не вижу никаких проблем. Балкарта?
- Всегда существовало положение, согласно которому офицеры стражи, находящиеся на действительной службе, при особых обстоятельствах могли жить вне поста. - Балкарта пожала плечами в ответ. - Я тоже не вижу проблемы. И я скорее подозреваю, что взвод Лианы семидесяти пяти вполне может посчитать нужным помочь ей с тем ремонтом, о котором она говорила.
- Мэм, я не хочу...
- О, тише, Лиана! Никто ничего не говорил о том, чтобы приказать им это сделать! Проблема возникла бы, если бы я попыталась помешать им сделать это, и ты это знаешь.
Лиана успокоилась, и Балкарта удовлетворенно кивнула.
- Хорошо, думаю, мы можем считать это улаженным. Мэр?
- Насколько я понимаю, ты можешь, - заверила ее Ялит. - Конечно, это, вероятно, единственная часть, которая хоть сколько-нибудь близка к "улаженной"!
- Один день за раз, - философски заметила Балкарта. - Один день за раз.
Она постояла еще мгновение, склонив голову набок и все еще скрестив руки на груди, поджав губы, очевидно, пробегая мысленный контрольный список. Затем, внезапно, она громко рассмеялась.
- Что теперь? - осторожно спросила Ялит, и Балкарта широко улыбнулась.
- О, я просто подумала. Вероятно, ты права насчет того, как пойдут слухи и как наши критики отреагируют на все это, и это не пустая болтовня! - но не по сравнению с тем, с чем Лиане придется иметь дело прямо здесь, в самой Кэйлате.
- Прошу прощения? - тон Лианы был еще более настороженным, чем у мэра, и Балкарта рассмеялась.
- О, да, Лиана! Обещаю тебе, что тоже намерена быть рядом, чтобы увидеть это, когда это произойдет!
- Когда что произойдет? - потребовала Лиана.
- Когда тебе придется объяснять это Гарлане, и она начнет выкачивать из тебя все пикантные подробности о Базеле! - рассмеялась Балкарта. - После всех тех лет, когда ты огорчала ее из-за ее, э-э... энергичной личной жизни, в то время как ты ни с кем не спала? - Пятисотница фыркнула. - Поверь мне, девочка, ты никогда не переживешь этого, когда дело касается ее!
Брейас Дэггерэкс признавал, что в том, чтобы быть ходоком по ветру, были свои преимущества.
Во-первых, когда приходило время, он мог быстро избавиться от всех изысканно вежливых, ядовитых злословий и придворных интриг.
Он стоял на восточной башне Сотокарнаса, оглядываясь на город Сотофэйлас и голубую ленту реки Пардан, направляющуюся к далекой Спиар. Движение барж стало более плотным, чем в начале года, подумал он, и его губы криво сложились, когда он подумал о том, насколько плотнее оно, вероятно, станет в ближайшие несколько лет, если дела пойдут так, как он был уверен, должны были пойти. По крайней мере, эти "вещи" должны были стать очень... интересными, а сотойи по своей природе были консервативны. "Интересный" никогда не было их любимым словом, из-за его следствий перемен и непредсказуемости, которые, в конце концов, были причиной того, что люди, подобные Теллиану Боумастеру, заставляли многих их соседей чувствовать себя так неловко.