— Отлично, — я хнычу у его рта. — Ты для меня тоже все уничтожил. Хотела бы я, чтобы мы могли поменять местами наши сердца, чтобы ты мог почувствовать то, что чувствую я.
— Черт возьми, Ава.
Он двигается грубее, и я прижимаюсь к нему сильнее. Мой муж трахается также, как и ведет себя. Глубоко и контролируемо. Но то, как он посасывает мою шею, — это не что иное, как безумие.
Я не могу себя контролировать, когда его бедра ударяются о мой пах.
Когда он погружает свой язык мне в рот.
Его легендарная сдержанность разбивается вдребезги, и я проглатываю ее через его губы, всасывая, покусывая и вырезая свое присутствие внутри него кровью.
Давление нарастает и усиливается, когда я впиваюсь ногтями в его плечи и пытаюсь спрятаться в изгибе его шеи.
Илай оттягивает мою голову назад, вцепившись в мои волосы, пока меня снова не сбивает с толку его присутствие.
— Смотри на меня, когда кончаешь, детка.
Яростная волна экстаза захлестывает меня, когда я разрываюсь на части. Он входит в мучительном ритме, и я чувствую, как его сперма заполняет меня, когда кончаю так сильно, что за моими веками мелькают белые звезды, и я на секунду теряю контроль над реальностью.
Но это именно то, что я люблю, то, где я бы хотела вырыть себе яму и заползти туда.
— Господи, блять. Ава!
Я несколько раз моргаю.
Каким-то образом я оказываюсь на спине, тяжело дыша, а великолепное тело моего мужа нависает надо мной, его большая рука обхватывает мое лицо.
Наши тела скользкие от пота, мое сердцебиение где-то на луне, а тело так болит, что это ощущается восхитительно.
Он каким-то образом вышел из меня, его сперма стекает у меня между бедер, пачкая простыни.
— Ты меня слышишь? — спрашивает он осторожным голосом.
— Эм, прости, — шепчу я, ненавидя себя за то, что испортила самый прекрасный момент в своей жизни. — Иногда такое случается. Я теряю, эм, представление о реальности. Это… ничего серьезного.
Легкое дуновение воздуха срывается с его губ, и он на мгновение закрывает глаза.
Я прижимаюсь к его руке, потираясь об нее, как изголодавшийся по ласке щенок.
— Ты назвал меня деткой.
Он просто смотрит на меня.
— А ты на самом деле меня укусила. Ты вампир? Ты можешь меня обратить?
Его губы растягиваются в легкой улыбке.
— Хочешь принять ванну?
— М-м-м, не здесь, — я притягиваю его к себе так, что его губы оказываются в нескольких сантиметрах от моих. — Отвези меня домой.
Я замолкаю, прикусывая губу, от осознания, в чем только что призналась. Что его дом — мой дом.
Когда это произошло?
К счастью, он приподнимает бровь с явным пренебрежением.
— А что насчет вечеринки, которая проходит наверху?
Вот тогда я слышу музыку и общую болтовню. Клянусь Богом, я забыла о ней.
— О, вечеринка.
— Да, вечеринка, которую ты устроила на моей яхте, не поставив меня в известность.
Я пожимаю плечами.
— Что мое, то мое. Что твое, то тоже мое.
— Господи. Ты такой ребенок.
— Хочешь снова наказать меня, когда мы вернемся домой? Лео может закончить вечеринку.
— Лео уволен за то, что позволил этой вечеринке случится.
— Я просто снова найму его и буду платить ему больше. Твоими деньгами.
— Быть женатым на тебе невыносимо дорого.
— Недостаточно дорого, чтобы покрыть твое отсутствие человечности. Считай, что тебе повезло.
— Повезло, да?
— Абсолютно. Ни одна другая женщина не стала бы мириться с твоим поведением Железного Человека. Ты должен быть мне благодарен.
— За то, что ты заноза в заднице? — спрашивает он невозмутимым голосом. — Давай, вставай.
— Ты придешь в себя, малыш, — я касаюсь своими губами его губ, когда он заводит руку мне за спину и несет в ванную.
Мои ноги обвиваются вокруг его талии, и я продолжаю исследовать его тело, целуя его везде, где только могу.
Он слишком быстро положил этому конец, когда мы вошли в душ и он трахнул меня у стены.
Все остальное можно отложить на потом.
Илай переодевается в сменную одежду, которую ему принес Лео. Затем говорит:
— Ты уволен, Хендерсон.
Я выглядываю из ванной, надевая платье.
— Тебя снова приняли на работу и повысили, Лео! Давай позже это отпразднуем.
Мой муж сердито смотрит на меня, и я пожимаю плечами.
— Я тебя предупреждала. Не моя вина, что ты не слушаешь.
Он качает головой и выходит.
— Мне нужно поговорить с Лэном. Увидимся снаружи.
— Хорошо.
Он делает шаг к двери, затем останавливается.