– Ш-ш-ш, – прошептал Рудольф, с опаской озираясь вокруг. Он не рассказывал жене о том вечере, когда она была в больнице.
– Выглядит новобрачная прелестно, – заметила Джин. – Ты не жалеешь о сделанном выборе?
– Я в отчаянии. А теперь пошли танцевать.
Мальчики в оркестре были из колледжа и так хорошо играли, что Рудольфу стало грустно. Он вспомнил, как сражался с трубой в их возрасте. Молодежь нынче все делает намного лучше. Подростки в спортивной команде Порт-Филипа показывают результат по крайней мере на две секунды быстрее, чем бегал он на той же дистанции.
– Пошли отсюда, – сказал он. – На танцплощадке такая толкотня…
Рудольф и Джин подошли к столу, взяли по бокалу шампанского и заговорили с отцом Брэда, приехавшим на свадьбу из Тулсы. На нем была широкополая фетровая шляпа. Худощавый, с обветренным лицом и глубокими морщинами на загорелой шее, он никак не походил на человека, который то приобретал, то терял целые состояния; он скорее напоминал снимающегося в эпизодах актера, которого пригласили на роль шерифа в ковбойском фильме.
– Брэд много рассказывал о вас, сэр, – сказал старый Найт Рудольфу. – И о вашей молоденькой красавице жене. – Он любезно приподнял стакан, глядя на Джин, которая сняла шляпу и выглядела вполне зрелой женщиной. – Да, мистер Джордах, мой сын перед вами в неоплатном долгу, и не думайте, что он сам этого не знает. Когда вы позвонили и предложили ему здесь работу, он едва сводил концы с концами в Оклахоме, не зная, откуда взять денег просто на еду. Я сам в то время, чего уж тут скрывать, был в крайне стесненном положении, не мог наскрести денег даже на ржавую буровую вышку, чтобы помочь моему мальчику. Сейчас я, скажу без ложной скромности, снова стою на ногах, а тогда было похоже, что бедному старику Питу Найту – крышка. Мы с Брэдом жили в одной комнате и для поддержания сил ели жгучий перец три раза в день. И вдруг как гром среди ясного неба – звонок от его друга Руди. Когда Брэд вернулся из армии, я сказал ему: «Послушай меня, воспользуйся тем, что предлагает правительство, и поступай в колледж, пока для демобилизованных льготы, потому что теперь в нашей стране наступило такое время: если человек без образования, всем на него наплевать». Брэд, он у меня хороший парень, у него хватило ума послушаться старика отца, а теперь поглядите-ка на него. – Он с сияющей улыбкой посмотрел в ту сторону, где его сын, Вирджиния и Джонни Хит пили шампанское с группой гостей помоложе. – Хорошо одет, пьет шампанское, впереди у него прекрасное будущее, женат на красивой молодой женщине, которую ждет большое наследство. И если он когда-нибудь станет отрицать, что всем этим обязан своему другу Руди, старик отец первым назовет его лжецом.
Брэд, Вирджиния и Джонни подошли засвидетельствовать свое почтение Найту, и старик тут же повел Вирджинию танцевать, а Брэд пригласил Джин.
– Не очень-то ты сегодня веселишься, а, Руди? – заметил Джонни. Ничто не ускользало от этих сонных глаз на гладком круглом лице.
– Невеста прехорошенькая, шампанское льется рекой, солнце сияет, мой друг считает, что так будет всю жизнь. Так почему мне не веселиться?
– Вот и я говорю.
– У меня в бокале пусто, – сказал Рудольф. – Пошли за вином. – И он направился в конец длинного стола под навесом, где был устроен бар.
– В понедельник Гаррисон даст ответ, – сказал Джонни. – Думаю, он согласится, и ты получишь свою игрушку.
Рудольф кивнул, хотя у него вызвало раздражение, что Джонни, не понимая, как можно сделать деньги на газете «Уитби сентинел», называет ее игрушкой. Но независимо от своего отношения Джонни тем не менее, как всегда, сумел все устроить. Он нашел некоего Хэмлина, который надумал прибрать к рукам газеты в нескольких мелких городах и согласился купить хилое детище Гаррисона, а через три месяца перепродать газету Рудольфу. Хэмлин, прожженный делец, потребовал за свои услуги три процента от покупной стоимости издания, но сумел так сбить первоначальную цену, запрошенную Гаррисоном, что стоило пойти на его условия.
У стойки бара Рудольфа хлопнул по спине Сид Гроссет, который до последних выборов был мэром Уитби и каждые четыре года ездил на съезд республиканцев. Добродушный, дружелюбный человек, по профессии адвокат, он успешно пресек слухи о том, что, занимая пост мэра, берет взятки, но затем все-таки предпочел не выставлять своей кандидатуры на последних выборах. И правильно сделал, говорили в городе. Нынешний мэр, демократ, стоял в другом конце бара и тоже попивал шампанское Колдервуда. На свадьбу пришли решительно все.