Последние лучи закатного светила озарили сражающихся красным светом. И после очередной схватки оба замерли лицом к лицу, глядя сквозь скрещённые клинки друг на друга. Прошла долгая минута, когда соперники синхронно потянулись к губам друг друга. Неистовый по страсти поцелуй разорвал лязг разводимых лезвий. Пара не остановила бой, но далее он походил на совсем другое занятие, а не на убийство с особой жестокостью. Они занимались любовью. Приникая к телу друг друга, они обнимали, ласкали взглядами и губами, щекотали языками, продолжая звенеть клинками. Остатки одежды были порезаны в лохмотья, и в последнем прыжке, откидывая оружие в сторону, Дар и Рика покатились внутрь храма, продолжая рычать и шипеть, лишь сменив тональность на страстные звуки любви. Эхо гуляло в стенах святилища, усиливая звук, не оставляя сомнений в происходящем.
Аэтан сидел на террасе, когда его спросил вновь подошедший Харуки:
- Они ещё живы?
- Более чем, мой друг.
- Что они делают? – уточнил повар, прислушиваясь к странным звукам.
- Возвращаются к жизни.
- Как?
- Подробностей рассказать не могу, – усмехнулся старик.
- Ну а без подробностей? – не унимался Ноути.
- Любят друг друга.
- Что? В храме?
- А ты бы предпочёл, чтобы они там дрались? – съехидничал усатый.
Ноути смутился. Постояв ещё немного, он пошёл в кухню, стараясь не задумываться, какое же действие могло вызвать тот или иной звук, доносящийся из храма.
Опустилась глубокая ночь, когда парочка выползла из святого дома и, нашарив остатки одежды и оружие, направилась к апартаментам. Аэтан всё ещё ждал. Заметив его, виновники остановились в нерешительности.
- Э-э-э, мы немного увлеклись, – попытался вызвать огонь на себя маэлт, стоя в одних трусах с катаной наперевес и пряча за спину девушку, кутающуюся в остатки рубашки и отчаянно краснеющую.
- Вы запомнили то чувство, что наполняло вас? Когда ничего не замечаешь вокруг, есть только ты, оружие и соперник?
- Да. Холодная ярость, – вспоминая особенности недавнего боя, ответил Дар. Рика кивнула из-за плеча.
- Только так вы сможете победить противника. Это тот секрет, над которым бьются многие воины, не в силах разгадать его до старости. Или смерти, – вещал старик, как никогда похожий на учителя. – Идите. – Молодёжь юркнула в комнаты, а он продолжал говорить вслух: – Теперь всё получится. Я верю в вас. Вы в молодости узнали то, чего я не знаю и сейчас. А главное, помирились.
За заботами незаметно подкрался день отъезда. Накануне собрав подготовленные для них вещи и пообещав прибыть к назначенному времени в космопорт, Дар и Рика вернулись в квартиру. В тишине комнат они отдыхали от суеты, неизменно окружающей их в последнее время.
- Лекса придётся отключить на время полёта, – задумчиво говорила Ри. – Электронная часть мозга не выдержит перегрузок. Бесёнок, ты подготовился?
- Да, Рика. Какую-то часть времени я буду спать. В остальное время – развлекаться в меру сил. Я запасся интересными файлами заранее.
- Умница. Собери все имеющиеся в нашем распоряжении электронные богатства: программы, адреса, настройки Дома и прочее. Ты знаешь.
- Да, знаю.
- Запрограммируй Дом на консервацию.
- Уже.
- Проверь состояние криосаркофагов и перепрограммируй их на автономное питание в ближайшее время.
- Ты читаешь мои мысли, – вздыхал голографический образ БЭСа.
Дар молча слушал последние распоряжения госпожи, ощущая какую-то щемящую грусть от предстоящего расставания с домом. Впервые он назвал жилище, где жил, домом. Им стала эта маленькая квартирка на пятидесятом этаже.
- Дарниэль? – позвала его девушка, когда он вдруг задремал, уткнувшись в кучерявую макушку.
- Да, Рика.
- Забери отсюда все вещи, которые тебе дороги. Мы долго не вернёмся, а консервация не самым лучшим образом отражается на вещах.
- Хорошо. Жаль, я не могу взять с собой всю квартиру. Мне было здесь хорошо. Всегда.
Элен осторожно вздохнула, сдерживая рвущиеся наружу слёзы, но устояла. Сон в эту ночь был особенно сладок.
Странное фото из прошлого http://s52.radikal.ru/i137/1405/5c/2a038fe4fc9b.jpg
====== Глава 84 Только вперёд ======
Поутру Дарниэль и Элен, разбуженные заботливым Лексом, позавтракали остатками пищи и занялись погрузкой. Болид был битком забит вещами: в багажнике ехали криосаркофаги, на заднем сидении – вещи и клинки. Упаковав всё и поднявшись последний раз на этаж за Рикой, которая забирала Лекса, Дар остановился в дверях. Как будто давая им возможность запомнить дом в наилучшем свете, светила раскрашивали рассветными лучами комнату, отражаясь от всего и пуская цветные блики. Элеонора стояла посреди гостиной, ласкаемая светом, обводя взглядом пустую квартиру. Но вот девушка обернулась, забрала планшет с панели управления домом и вышла, закрыв дверь электронным ключом. Послышалось шипение, и на входном мониторе загорелась надпись «Дезинфекция с последующей консервацией».
Спустившись на парковку и установив планшет на законное место, Ри скомандовала:
- Лекс, запускай.
- Программа запущена, – без тени улыбки подтвердил БЭС спустя пару минут. – Проверяю системы перед отключением. Получен файл от близнецов. Открываю.
На экране планшета появились мордашки Копий; они, как всегда, наперебой трещали, желая лёгкой дороги и скорейшего возвращения, когда на переднем плане появилась Мэг и абсолютно серьёзно сказала:
- Счастливого пути, берегите друг друга. Я выполню обещанное. До встречи.
- Лекс. Проверь программу, и надо лететь, – напомнила Рика.
- Всё работает в штатном режиме, я буду скучать. Берегите себя. Спокойной ночи.
- Спокойной ночи, друг. Я верну тебя при первой возможности, – пообещала Ри, открывая панель, скрывающую мозг симбионта.
Скрывшись в нише, Элен повозилась с проводами и датчиками, отключая его от болида, и, закрывая панель, воткнула трёхцветную капсулу в приёмное отверстие.
- Садись, пора лететь, – сказала она Дару, включая вручную все системы болида.
В непривычной тишине, без комментариев Лекса, было одиноко. Осторожно подняв болид в воздух, Рика направила машину на посадочный терминал космопорта. Долетели быстро. Там их уже ждала в полном составе свита. Отогнав машину к погрузочной платформе и мягко опустив на сходни, Рика и Дар натянули на неё защитный тент, плотно стянувшийся под днищем болида. Активировав защиту с планшета, они проследили за транспортировкой ценного друга до места. Затем без приключений прошли регистрацию и попали в свою каюту. Небольшое помещение с мягкими стенами и огромным иллюминатором во всю стену – главной достопримечательностью этого места, – стартовые кресла, нишу для вещей и санузел фоалинэ и маэлт едва удостоили взглядом. Они стояли посреди комнаты, обняв друг друга, и ждали.
Спустя почти час прозвучала команда «На старт». Сев в кресла и пристегнувшись, думали каждый о своём, вжимаемые в кресла стартовыми перегрузками. Едва прозвучал отбой команды и включилась гравитация пола, Дар встал и, пробормотав:
- Я проверю старейшин. Они с трудом переносят полёты, – скрылся в коридоре.
Рика осталась одна. Под мерный гул корабля она подошла к иллюминатору, обхватив себя руками, тяжёлым взглядом провожая удаляющийся шар Хаасра. Дивного сияния самоцвет – с полюсов алый и серебристо-серый – по экватору был невероятно бирюзовым в освещённой светилами части, а в ночи – антрацитово-чёрным со сверкающими нитями цветных трасс. Спутников уже не было видно, начали появляться другие небесные тела, сияния кометных хвостов, туманностей, блики далёких звёзд.
Дар вернулся бесшумно. Обняв за плечи виэли Рику, как часто называли её жители квартала, он чувствовал глубинные перемены в ней, но не знал, чем они вызваны. Не желая бередить душевные раны фоалинэ, он молчал. За всё путешествие они едва перекинулись десятком фраз. На душе скребли кошки.
Полёт длился три дня. К обеду четвёртого, наскоро перекусив в ресторанчике, заперлись в каюте.