— Ты его слушал? — удивился Райан и облокотился на протестующего Лукаса рукой.
— Да, у него много интересных историй. А вы нет?
— А должны были? — Райан приоткрыл рот, который сложился в аккуратную букву «О», и пару раз моргнул, — он стрёмный.
— Если он стрёмный, это не означает, что его истории не интересные, — возразил Рамон.
— До следующей лекции, мистер Кросс, — донеслось до ребят голос девушек, которые провожали взглядом Джордана Кросса, который вышел из аудитории со своим кейсом в руке.
— До свидания, — прощался тот, но, увидев компанию ребят, уверенно направился в их сторону.
— Не подскажете, где я могу найти мадам Байер, она вроде преподаёт у вас экономику и право, правильно? — поинтересовался тот.
— Экономики и права у нас сегодня нет, поэтому нам плевать с высокой колокольни, где сейчас ходит мадам Байер, — Адам злобно уставился на мистера Кросса.
— Может быть вы тогда скажете, где тут учительская, просто я ещё не освоился здесь, — проигнорировав грубую речь парня, проговорил молодой человек.
— А вам и не надо осваиваться, — вклинился в разговор Джеймс, — вы здесь не надолго, завершайте свой курс лекций и валите от сюда.
— Позвольте мне самому решать, что мне делать, — пытаясь сохранить самообладание сказал мистер Кросс, — я не позволю вам оскорблять меня или учителей.
— А что вы сделаете? — поинтересовался Рэй, — пожалуетесь на нас мистеру Пэйджу? Хотите секрет? Ему плевать, что происходит в академии, самое главное, чтобы деньги капали ему в карман.
— Нет надобности, — улыбнулся Джордан, — я вам не преподаватель, у меня другие методы. Я сам найду учительскую, спасибо, — молодой человек прошёл мимо ребят.
— Обращайтесь ещё, — крикнул ему в след Райан и довольно помахал ручкой.
Джордан Кросс целенаправленно искал учительскую, хотя она ему была не нужна, потому что на сегодня все лекции закончились, поэтому он мог просто уехать, но эти ребята не давали ему покоя. Что что, а учителя точно должны что-то да знать, поэтому, открыв дверь в просторную учительскую, молодой человек огляделся. Комната была хорошо отделана: кремового оттенка стены, белый потолок со встроенными лампами, белые жалюзи на окнах, огромный шкаф с разными папками, журналами и бумагами, а также небольшая кухонька, где всегда найдется черный чай и несколько пряников. Учителя все были заняты разными делами. Кто-то сидел за столами и заполнял разные журналы и рекомендации, иногда поглядывая в компьютер, некоторые сидели за столом и пили чай, обсуждая вне учебную деятельность.
— А я уже давно Клементу (мистеру Пэйжду) твержу, что нужно ввести факультатив по истории известных личностей, — четко донеслось до Джордана голос женщины, которая сидела за длинным столом и что-то заполняла, закутываясь в мягкую синюю шаль.
Это определенно была мадам Берч, имя которой молодой человек выучил первым из всех учителей, потому что слава о ней шла впереди неё. За другой частью стола сидела Вилма Виллиган, известная Кроссу, как учитель математики в классе у этих ребят, одна из лучших преподавателей математики в академии. Над тем, чтобы именно она учила ребят этому предмету, когда-то похлопотал отец Адама. Но она этой новости не очень обрадовалась, поэтому она очень часто повторяет своим коллегам, что ад пуст, все черти в этом классе. Под чертями она, конечно, имеет ввиду нашу семерку. С ней согласны все учителя без исключения. Дальше взгляд упал на худощавую учительницу литературы мадам Хант. Эта женщина выглядит очень странно, даже безумно, в некотором смысле. Вечно её растрепанная седая коса, большие очки с толстыми линзами и темно-коричневая блузка, которую она, кажется, заносила уже до дыр. Но, как преподаватель, мадам Хант просто прекрасна. Она обходительна с учениками, приветлива с учителями, а все родители твердят, что она просто ангел, посланный им с небес.
— Добрый день мистер Кросс, — первым заметила молодого человека учитель математики, — хотите чаю?
— Не откажусь, — сдержанно улыбнулся Джордан, за чаем всегда проще настроить человека на разговор.
Молодой человек быстро сделал себе зеленый чай, который никто из учителей не трогает и подсел к женщинам, которые всё ещё увлеченно между собой разговаривали.
— Ну и как? — поинтересовалась учительница, которая сидела в другой части комнаты за небольшим столом и компьютером, — ученики вам не надоели?
— Всё хорошо, — Джордан удобнее устроился на мягком стуле, — но есть одна группа студентов, которые… выделяются.
— Я так и знала, что эта семерка что-нибудь да натворит, — взвыла мадам Берч и ударила кулаком по столу, — что они сделали? Разговаривали? Ушли с лекции? Просто насмехались над вами?
— Нет, ничего такого, — засмеялся мистер Кросс, — но я хотел бы побольше о них узнать. Их в своей группке вроде семеро?
— С недавних пор да, — проговорила мадам Виллиган, — Рамон Донован вернулся из Америки совсем недавно.
— Я слышал, что их как-то по-особенному называют? — поинтересовался молодой человек.
— По-особенному? — засмеялась мадам Берч, полностью оставляя своё занятие, уж она точно бы не отказалась от обсуждения этой семерки, ей слишком много надо рассказать, или пожаловаться, — ничего особенного в этом нет. Никто и не знает, откуда пошло это название. Пиковая семерка? Смех да и только.
— Пиковая семерка, — произнес вполголоса Джордан, пробуя на вкус это нелепое с первого взгляда прозвище, но оно его манило, хотелось узнать о его происхождении побольше, — и что же вы можете про них сказать? Я слышал, что они не являются образцовыми учениками.
— Куда уж им, — протянула учитель математики, — единственный, кто по праву мог бы считаться золотым самородком, так это Адам Гофман. Он умный мальчик, но уж очень конфликтный. Кулаками не машет, конечно, как Коллинз, но всегда всем хамит, что будь здоров.
— А Коллинз- это Рэй, я так понимаю? — спросил мистер Кросс, — и как часто он затевает драки?
— Знаете, я график этого не веду, но раз в две недели он может поссориться с самородками, — сказала мадам Виллиган, на что молодой человек удивленно вскинул брови.
— А что вы можете сказать о Райане Конорсе? — поинтересовался тот.
— Райан тот ещё паршивец! — прошипела мадам Берч, — он чаще всех срывает мои уроки, но Клемент не хочет ничего с этим делать, потому что сталкиваться с таким влиятельным человеком, как дедушка Райана, никто не хочет. А мне что делать то? Как вести уроки в их классе?
— Просто не трогайте их, — посоветовала учитель литературы, — меньше нервов потратите.
— Вы то их совсем не тратите, — сразу оживилась та учительница за маленьким столом, который находился в углу, — всё то им позволяете, они же совсем совесть потеряли.
— Зато проблем никаких у меня нет. У меня хоть и есть долг учителя, но получать выговоры от Пейджа я не хочу, уж простите.
— Вы говорите, что Райан использует дедушку, чтобы ему всё сходило с рук? — переспросил мистер Кросс.
— Да они все это делают, — пояснила мадам Виллиган, — а Клемент ходит на поводу всех этих грязных уловок, а у учителей руки связаны.
Джордан Кросс посмотрел на часы, скоро у него должна была состояться встреча, поэтому он быстро помыл свою чашку и, попрощавшись с учителями, вышел из здания академии.
Ребята шли по коридору после лекции мистера Кросса, как к ним подошёл секретарь директора. Это был низеньких мужчина, которому было за тридцать, в белой рубашке и черных штанах, которые держались на нём благодаря нелепому белому ремню.
— Мистер Пейдж просил, чтобы вы в нему подошли, — обращаясь к Адаму, проговорил секретарь.
— И зачем это я ему нужен? — поинтересовался парень.
— Это у него спросите, — сказал мужчина и быстро направился дальше по коридору.
Ребята переглянулись в попытках понять, зачем директор вызывает Адама к себе.
— К самородкам неделю не подходим, — произнес задумчиво Джеймс, загибая палец, — с уроков со скандалами вроде не уходили, с мадам Берч особо не ссорились. Зачем ты ему нужен? Всякие конференции будут не скоро.