— Я хотел с тобой поговорить о том, что произошло.
— Всё хорошо, — улыбнулась девушка, — я имею ввиду, что тут нет вины Джеймса или ещё кого-либо, кроме меня, не правда ли? — она внимательно посмотрела на парня, заправляя выбившуюся прядь за ухо.
— Нет, твоей вины в этом нет, — завертел головой Рамон, невольно улыбаясь такой милой Зои.
— Эй, я же знаю, что я бываю иногда слишком навязчива, — парень хотел было и это опровергнуть, но девушка продолжила, — иногда нужно выходить за рамки своей привычной жизни. Я имею ввиду, знаешь, мне было так привычно ходить за Джеймсом хвостиком. Так естественно. Ну он же такой красивый, в нём бесспорно есть загадка, но я не думаю, что хочу её раскрывать.
Рамон удивленно уставился на свою подругу. Обычно она в своей речи использует заезженные фразы из разных драм, где описывают любовь до гроба, с первого взгляда, да как её только не описывают. А ещё… разве Зои не только что сказала Рамону, что хочет оставить эту глупую влюбленность в Джеймса и посмотреть на какого-то другого парня. Ну ладно, она сказала не так, Рамон мысленно поругал себя, потому что сам начинает думать как главные герои какой-то дешевой мыльной оперы.
— Ты хочешь сказать, что? — парень не решался озвучить своё предположение, поэтому оставляет эту возможность девушке, потому что всё-таки он немного боится, того что может сказать она.
— Мне было немного грустно, что ты с пиковыми поссорился. Как бы я их не недолюбливала, но я вижу, что тебе с ними хорошо, — она улыбнулась Рамону, — я помню, что говорила тебе не связываться с ними, но ты такой же, — брови парня медленно поползли вверх от удивления и возмущения, но девушка поспешила его разубедить в том, что он себе напридумал, — в самом лучшем смысле этого слова, — засмеялась она, — прошу, сделай так, чтобы я тоже видела твою улыбку. А эта улыбка появляется только тогда, когда ты с ними.
— Это сложно, Зои, — понуро вздохнул парень, — эта ссора в коридоре, кажется, была просто толчком к неизбежности. А сами причины появились уже очень и очень давно, мы просто этого не замечали. Я им никто, я уехал, я бросил их. Я не пиковый, как ты можешь заметить.
Девушка ничего не ответила, Рамон всегда был умнее Зои, всегда лучше разбирался в человеческих слабостях или проблемах. Рамон всегда тот, кто дает советы и выручает, а она та, кто принимает помощь. Девушка положила руку на плечо парня, мысленно говоря, что она рядом, что она с ним, она не даст совет, но поддержит, если Рамон ошибется. Они зашли в чайную, в голову сразу впился приятный запал улуна, что всегда пользовался популярностью у местной знати. Зои скользнула глазами по большому помещению и закрыла глаза. Она четко слышала терпкий запах женьшеня, что уже скользил по её горлу и отдавал приятным послевкусием. Девушке было сейчас необходимо выпить белый чай, он редкий, как и жёлтый, поэтому его так любят богатые люди, которые стоят выше всех. Этот чай редкий, ценный, элитный, дорогой. Прямо, как все эти люди с Олимпа. Звуки небольшой суеты, совсем тихой. Это место, как библиотека, библиотека чая. Тут тихо, даже официанты снуют туда сюда совсем не заметно, здесь звучат только стук ложечек о стенки дорогих фарфоровых чашек и тихие разговоры. Тут всегда много людей. Достаточно большой прилавок с обилием чая, располагается в начале магазинчика тире кафе. Тут просто огромная доска с сортами, видами, типами чая и десертами, что так идеально подойдут к ним. Тут работают люди, которые знают про чай всё. Они не баристы, они лучше, они элитнее. Чай-не кофе, чай лучше. Девушка посмотрела на людей всех мастей в тихом зале, которые сидели за своими столиками. Взгляд зацепился за знакомую фигуру. Это был Джеймс. Он спокойно сидел за столом и пил чай, напротив него сидела девушка, кажется, Зои её где-то видела. Ах, да! Она же играет главную роль в новом сериале. Но какие дела могут быть у Джеймса с актрисой? Девушка отвлекла Рамона от изучения доски с видами чая. А он было почти решил: взять светлый или темный улун.
— Что? — спросил парень.
Девушка указала на Джеймса и какую-то девушку, Рамон её не знал.
Эмили выбрала это место не случайно, размышлял Джеймс, пока пробовал на вкус чай. Эмили хочет приблизиться к Олимпу, а боги выбирают именно это место. Она такая смешная и глупая, попивая желтый чай из чашки, что держат её наманикюренные ручки.
— Ты хотела встречи, ты её получила, — медленно начал Джеймс, переводя взгляд со своей чашки на Эмили, — что тебе надо?
— Ты подумал над тем, что я сказала?
— Ты над тем глупым предложением в ресторане? — усмехнулся парень, — мне время даже не нужно было давать, мой ответ нет.
— Тогда твоя мать узнает, что её муж ей изменяет, — Джеймс напрягся, — ты же этого не хочешь? Ты хочешь сохранить семью, хочешь, чтобы всё было, как прежде. Я предлагаю тебе идеальный вариант. Тебе не нужно ничего делать. Только хорошо играть на публике. Тебе это не составит труда, тебе все пророчат актерское будущее.
— А что с отцом? Где гарантии, что он вернется к матери, когда ты его бросишь?
— Это уже моя забота, — деловито проговорила девушка, — он у меня на крючке. Он меня послушается.
— Ты же знаешь, что отвратительна?
— Не лучше тебя, Джеймс, — усмехнулась она, — я выживаю, как могу, а вот ты слабак. Прячешься в своём панцире, думая, что всё приплывет к тебе в руки.
Джеймс прервал её, громко ставя чашку на блюдце. По залу разнесся громкий лязг фарфора.
— Пойду припудрю носик, — съязвил парень и направился в туалет.
Рамон тихо наблюдал за этой сценой. Он заметил, что Джеймс раздражен, этот разговор видно ему не по душе и девушка, что сидит напротив его, ему противна. О чём они говорят? Кто она такая? Что их объединяет? И почему Джеймс так зол? Все эти вопросы крутились в голове Рамона, но ответить на них он не мог. Тут он увидел, что его друг резко поставил чашку на блюдце, останавливая девушку, что что-то говорила. Он раздраженно встал и направился в сторону туалетов.
— Возьми мне темный улун и жди меня за столиком, я скоро приду, — кинул Рамон Зои и последовал за Джеймсом.
Он остановил того в туалете, где не было не души.
— Что ты тут делаешь? — раздраженно спросил Джеймс.
— Заметил тебя с той девушкой. Что-то произошло?
— Тебе то какое дело? — выплюнул парень.
— Мне не всё равно, пойми, — спокойно проговорил Рамон, — кто она?
— Та, кто может либо разрушить мою семью, либо спасти её, — горько усмехнулся Джеймс, он не был зол на Рамона, не сейчас, сейчас его злила Эмили, которая в этот самый момент спокойно пьёт чай, думая, что победила.
— В смысле? — Рамон поднял бровь в удивлении.
— Она подстилка моего отца, охотница за статусом, деньгами и славой, а также та, кто решила…- голос Джеймса дрогнул и он замолчал, — я узнал об изменах отца два года назад. Отец идиот, что решил, что он герой какой-то любовной драмы. А эта паскуда решила идти дальше. Предложила мне отстать от отца и вернуть его в семью, если мы будем изображать парочку.
— И что ты ответил?
— Я ещё не решил.
— Тут и думать нечего, — отрезал Рамон, — не соглашайся, не играй по её правилам.
— Она расскажет матери, а я этого не хочу, не хочу, чтобы мама узнала, какой ужасный человек её муж, какой ужасный у неё сын, который всё знал и молчал.
Джеймс упал на колени и закрыл своё лицо, начиная плакать.
— Я просто трус, который думал, что всё придет в норму, мне надо было тогда, два года назад, всё решить с отцом. Я трус, я неудачник, это я разрушаю семью.
Рамон быстро подошёл к парню и приобнял его за плечи, пытаясь успокоить. Дверь тихо открывается, кто-то решил воспользоваться туалетом.
— Пошли вон! — закричал Рамон, и дверь резко захлопывается, им не нужны лишние глаза и уши.
— И сейчас я совершенно не знаю, что мне делать, — Джеймс уже не плакал, только растерянно посмотрел на друга, от уверенного парня ничего не осталось, он слишком долго копил все свои чувства в себе, и сейчас он рад, что выпустил весь пар.