Адам и не думал о последствиях своих слов, ему просто нужно было всё выплеснуть. Он может впервые не боится своего отца, не боится сделать что-то не так. Он просто не боится.
— Да как ты смеешь это говорить? Я что, не ради тебя десять лет этим занимаюсь? Просто так с этим клопом особую группу создал? Это чтобы у тебя было будущее, разве ты не понимаешь? И это ограбление было придумано для того, чтобы ты со своими дружками не лез туда, куда лезть вам не стоит. Вы думали: я не узнаю, что вы бегаете и видео с камер наблюдения ищите, думали я не узнаю?
— Ты создал особую группу? — охрипшим голосом проговорил Адам, с изумлением смотря на своего отца, — ты… это ты убил Криса? — парень не хотел услышать ответ, он ему нужен был, но услышать его он был не готов, не мог же его родной отец убить человека из-за… из-за него.
— Не я его убил.
Адам сорвался со своего места и убежал. Уже вечерело, было прохладно, а он убежал в легкой одежде, без водителя и автомобиля. Из-за него, именно из-за него был убит Крис. Адам причастен к его смерти. Как, как его отец так поступил? Он был не самым лучшим отцом, но убийца? Неужели его отец и правда на такое способен? Убить человека и так просто об этом говорить? Адаму начал названивать сначала отец, потом мать, даже водитель написал несколько сообщений. Парень просто отключил телефон, чтобы его не смогли отследить. Ему нужно встретиться с ребятами, всё рассказать, решить, что дальше делать. Он почти уверен, что те сейчас сидят в клубе, больше им некуда пойти, как и самому Адаму. Ребята и правда оказываются в всё той же неизменной VIP-комнате номер пять.
— Адам? — удивленно проговорил Джеймс, оглядывая парня, который тяжело дышал от быстрого бега, тот быстро подошёл к ребятам, он поднял свои красные от слез глаза на них, Адам хотел им всё рассказать, но губы его дрожали, не давая сказать и слова.
— Эй, ты чего? — Райан быстро подошел к Адаму и потряс его за плечи, тот поднял на него туманный из-за слез взгляд.
— Простите меня, — только и сказал он, прежде чем заплакать, вцепившись в замшевую куртку Райана, — Лукас прости, я так виноват.
— Объясни нормально, мы тут не ясновидящие, чтобы твои ребусы разгадывать, — потребовал Джеймс, усадив всё ещё подрагивающего от слез парня на диван.
— Я поговорил с отцом по поводу того, что меня не отстранили. Потом мы немного поругались, и в порыве гнева он сказал, что это он организовал особую группу. Он признался, что это не он убил Криса, но он к этому причастен. Из-за меня, вы понимаете, из-за меня Криса убили.
— Ты ни в чем не виноват, — жестко прервал того Лукас, — виноват твой отец, но не ты.
— Каким же нужно быть психом, что, когда твоему сыну лишь семь лет, уже думать про то, чтобы он поступил в хороший вуз? — проговорил Райан, — и что нам теперь делать, можно ли это считать признанием?
— У нас всё ещё нет доказательств. Как я понимаю, рассчитывать на видео с лестницы не стоит, если даже это видео всё ещё существует, нам его никто не передаст, — сказал Рамон, прежде чем в комнату постучал официант.
— Это просили передать Лукасу Фриману, — в протянутую руку официант вложил пакет.
Внутри что-то лежало, завернутое в целлофан, также тут была записка.
— Что это? — поинтересовался Рэй.
— Это от анонима, — проговорил Лукас.
— Так вот как он тебе записочки передает, очень мило, — усмехнулся Джеймс.
— Обычно он пишет мне на почту, — Лукас начал разворачивать записку, — ты далеко зашёл с ребятами. Это последнее, что я могу тебе дать, больше у меня ничего нет. Пойми, что я доверяю тебе настолько, чтобы передать это важнейшее доказательство в твои руки. Посмотри в записях звонков. От меня больше ничего не зависит. Действуй!
— Что там? — поинтересовался Рамон и полез в пакет, доставая оттуда нечто в целлофане.
Развернув его, ребята увидели простой телефон, который, может, был популярен у молодежи лет десять тому назад. Это была простая черная раскладушка, немного потрепанная временем.
— Это телефон Криса, — не веря проговорил Лукас, аккуратно принимая телефон от Рамона, — его же в ту ночь так и не смогли найти.
— То есть, он всё время был у анонима? — Райан через плечо Лукаса заглянул в телефон, следя за тем, как тот заходит в настройки телефона.
— И хорошо, что он был у него. Если там и правда находится неопровержимая улика против Пэйджа и, может быть, твоего отца, Адам, хорошо что полиция не получила её тогда, эта улика бы пропала, когда это дело заминали, — сказал Рамон.
— Тихо, — вдруг скомандовал Лукас, — тут есть запись звонка, сделанная 21 мая в 22:15.
Лукас нажал на плэй и ребята притихли.
-Да, Гвэн, я опоздал на встречу с ребятами, — послышался из динамика голос Криса, — они уже ушли, но мистер Пэйдж, скорее всего ещё в академии. Я должен ему сказать, что у меня по всем предметам сто баллов, разве это не классно?
— Да, это классно, когда ты скажешь об этом родителям? — послышался второй голос, он принадлежал, как пояснил Лукас, девушке Криса Гвэн.
— Завтра, когда они прилетят. Подожди, — в динамике послышалось копошение, будто парень перекладывает трубку в другую руку, — о, свет в кабинете мистера Пэйджа всё ещё горит, значит он здесь. Пойду всё расскажу ему. Знаешь, я думаю, что эта особая группа мне всё же помогла, я очень много выучил, пока занимался с нею.
— Ты уже об этом мне столько раз сказал, но я всё ещё считаю, что правильно поступила, что отказалась от занятий. Это же просто адские условия! Ты же не спал сутками, подготавливая материал. Пэйдж не должен был так с вами поступать.
— Тихо, — вдруг сказал Крис, понизив голос, — мистер Пэйдж не один, — вдруг снова послышалось копошение и отчетливо донеслось два голоса, один из которых принадлежал мистеру Пэйджу, а второй отцу Адама.
Ребята переглянулись между собой.
— Всё прошло как нельзя лучше, все из особой группы получили по высшим баллам, — проговорил Пэйдж довольным голосом, он напоминал кота, который объелся сметаны, — до меня ещё пока не дошёл Крис Фриман, но я видел его результаты, всё сотки. Вы отлично постарались, господин Гофман.
— Их настоящие результаты слишком отличаются от подделанных? Никто ничего не заподозрит? — из динамика донесся хриплый голос отца Адама.
— Нет не сильно, вы же знаете сколько я их гонял.
— Хорошо.
— А вообще хорошая затея с оценками, — промурлыкал директор, — только за два часа про академию Гилмора столько статей написано, моя академия быстро в рейтинге поднялась.
— Будете благодарить меня через несколько лет, когда академии Гилмора никто в подметки годиться не будет, даже президентский лицей. Там за дверью кто-то есть?
Вновь копошение в динамике, Крис явно стал от кого-то убегать.
— Гвэн, ты всё слышала? — в трубке послышались помехи, — ты слышала? Мы не сами написали эти экзамены, они подделали результаты!
— Крис, успокойся, — послышался взволнованный голос Гвэн, — ты сейчас где?
— Пэйдж за мной идет, я не знаю, что мне делать. Он кричит моё имя, кажется он зол, нет очень зол.
— Ты должен выбежать на улицу, я скоро прибегу. Он тебе ничего не сделает.
— Только не вешай трубку, Гвэн, пожалуйста. Я бегу на крышу, он меня догоняет.
— Что ты делаешь на крыше, я же сказала бежать тебе на улицу?!
— Мне кажется у него пистолет.
— Я уже бегу, Крис! Он тебе ничего не сделает.
— Фриман, остановись! — донесся отчетливый крик директора из динамика, он был полон гнева с примесями животного страха, — зачем ты убегаешь от меня?
Вновь послышались помехи, парень скорее всего спрятал телефон, но звонок не сбросил.
— Мистер Пэйдж, уберите пистолет, прошу вас.
— Давай мы пройдем в мой кабинет и спокойно поговорим, отойди от края крыши.
— А господин Гофман уже уехал и вас послал за мной?
— Ладно, можно поговорить и тут. И много же ты слышал? — проговорил Пэйдж.
— А если я скажу всё, убьете меня? — голос парня дрожал от страха.
— Я не собираюсь тебя убивать, Крис, но с тобой нужно что-то сделать.
— Не подходите! Зачем вы вообще создали эту особую группу, зачем это нужно господину Гофману? Престиж академии? Умных учеников вам недостаточно, решили пойти незаконными путями?