– Это еще что такое? – удивленно произнесла Ярослава, разглядывая рыдающего ребенка.
Мальчик был щупленький, чернявый, одет лишь в легкую рубаху. Он дергался и пинался тонкими, как щепки, босыми ногами. Но не это удивило княжну. Все лицо мальца было испачкано кровью. В руках он сжимал тушку какого-то зверька. Мальчик рыдал взахлеб, размазывая по щекам кровь и грязь.
– Откуда здесь дитя? Ты же говорил, что вблизи нет деревень. Весь в крови. Да и одет легко.
– Много ли ты видела детей, которые в его возрасте способны поймать и выпотрошить кролика? – Александр улыбнулся и опустил мальчика на землю, но руку с его рубахи не убрал.
– Ты кто такой будешь? Где твоя матушка? – Ярослава присела на корточки, но все равно оказалась гораздо выше ребенка.
Мальчик ничего не ответил, продолжая плакать и размазывать по лицу кровь.
– Что же нам с ним делать? – задумчиво проговорила Ярослава. Девушка не знала, как ребенок забрел так далеко в поле через леса. Она даже не могла представить, что ему довелось пережить, раз он научился ловить животных голыми руками. – Может, где-то неподалеку все же есть поселение?
– Как я говорил, в этих краях, сколько раз бы я не проходил, отродясь не было деревень, – пожал плечами Александр.
Ярослава быстро сходила к седельным сумкам и отыскала там небольшой кусочек вяленого мяса. Все же лучше, чем есть сырое. Девушка снова присела рядом с ребенком и протянула ему аппетитно пахнущий кусочек. Мальчик перестал плакать и заинтересованно посмотрел на лакомство, но с места не сдвинулся. Он крепче сжал крохотными пальчиками окровавленную тушку.
– Возьмем его с собой? Может, путников каких встретим. Кто знает, ребенок мог просто потеряться по пути.
– Хорошо. Только мальчишка поедет со мной. Так будет вернее, – проговорил мужчина и потащил всхлипывающего мальчика к ручью. Крик стоял еще долго. Ярослава начала опасаться, как бы какие лесные твари не услышали их. Мальчик кричал – не хотел отдавать кролика. Он вырывался, старался пнуть и укусить мужчину – не хотел приближаться к холодной воде. Александр же пытался вымыть ему лицо от крови. В конце концов, ему это удалось, хотя оба вымокли в ручье.
Путники быстро собрались и выдвинулись в путь. Дорога все также лежала через степи, но на горизонте замаячил лес. А благодаря собеседнику она не казалась Ярославе такой изнуряющей, скучной и долгой. Мужчина значительно скрасил одиночество, а также принялся рассказывать, что еще происходило в столице. Александр поведал о событиях, произошедших после несостоявшейся казни. Княжну без сознания принесли на конюшню, кое-как усадили на заранее снаряженного Бурана и вывезли за пределы Старграда. Некоторое время самые приближенные дружинники почившего князя сопровождали ее, а затем оставили под раскидистым дубом. Как бы Ярослава ни выпрашивала, ей так и не удалось выяснить, кто еще, кроме Игоря, помогал.
Ярослава припомнила, как очнулась тогда под тем дубом. Буран настойчиво бодал княжну своей большой головой и недовольно фыркал. Вечерело, ночь медленно опускалась на княжество. Ярослава долгое время не могла понять, что произошло и где она оказалась. Все время казалось, что шею что-то сжимает, что она болит, а перед глазами то и дело мелькало воспоминание о топоре. Но сколько бы девушка не терла горло, ничего, кроме цепочки с кольцом, там не было. Воспоминания о казни, о восставшем из мертвых отце нахлынули подобно огромной волне. Голова от всего этого пошла кругом. Немного погодя, переведя дух, княжна огляделась и прислушалась. Откуда-то доносился шум воды. Ярослава взяла под уздцы коня и повела его в сторону звука, а спустя пару десятков шагов вышла к быстрой реке. Там же девушка и умылась в надежде, что холодная вода прояснит голову. Было страшно и в то же время пусто, будто кто-то вынул часть души. Как бы ни старалась, Ярослава не могла сдерживать слезы. Крупные капли стекали по щекам и падали в воду. Буран же взволнованно ходил рядом с хозяйкой, иногда бодая княжну в плечо.