последней новостью, связанной с мадам, что ещё не утихла в свете, она перекрасила волосы в красный цвет. По крайней мере, теперь появился смысл у всех ее шляп - прикрыть этот писк моды. Когда Микки увидел её впервые в этом оттенке, что мадам называла индиго, перебивая всякого, он чуть было не принял её за клоуна, развлекающего детищек на праздниках. Будь он немного более подвыпившим, он бы без разбору вывел её под руку, не разбираясь, кто же скрылся под обличием пожилого "Джокера". Ещё большего отвращения начала вызывать новая прическа после неосторожного вопроса одного с комментаторов, шепотом интересующегося, во всех ли местах она перекрасила свои волосы. - Вам нравится? Это по истине шедевр! Я начала работу над этой шляпой ещё прошлым годом, но постоянные заказы так отвлекают, что я попросту не находила время на нее. Вы же знаете, мои шляпы существуют в едином экземпляре. Ну, конечно, вы знаете, так вот о чем я... Речь о том, что буквально вчера я поняла, что она завершена, нет больше ни единого недостающего... - Перышка? - сострил Джед. - Ну, можно и так сказать, хотя я собиралась выразиться иначе, но смысл много не меняется, - ребята уже начали переглядываться, молчаливо выражая взглядом, что этот монолог на очень долго, - И можете себе представить, каков был мой испуг, когда я поняла! - Что вы поняли? - Я поняла, что у меня нет никаких мероприятий, куда можно было бы в ней появиться. Вы же понимаете, это моя слабость, не умею я заканчивать свои творения, не предоставив миру хоть одним глазом посмотреть на шедевр. Я же проводник прекрасного в этот ужасный мир. - Да, разумеется, мадам Севреро! - Так вот, вы себе не способны вообразить, как меня осчастливил билет на эту билеберду. "Ну хоть с чем-то я согласен", - подумал Микки: - Вы правы, это таки полнейнайшая чушь, там на сцене. - Дайте же мне договорить, а то я не успею рассказать. Самое главное для меня, что на улице ещё светло, только днём можно рассмотреть все детали моих шляп. Вот почему все мероприятия позже шести я называю ночными. Ну, что вы так не веселы? - Разве вы не с зала? Странно, что вы в хорошем расположении духа после того шоу на сцене. - Согласна, Бертар испротился, так и не успев достичь высот. В прочем, может, это нам не дано понять его задумки? Но настроение у меня от другого, я так рада, что встретила вас! Вы в ложе? Представляете, они усадили меня в партер, это для начала, а теперь вовсе смылись в неизвестном направлении, я тоже думала уже уезжать, но раз вы мне встретились на пути, у меня есть идея! - С кем же вы были? - Ох, эти надоедливые партнёры, управляющие бутиками, на кой чёрт, спрашивается, вообще было ехать сюда со мной, если больше одного действия им не выседеть. Я ведь сразу предупредила, что намерена насладиться всем действием. Кто же мог знать, какими пытками это наслаждение обернется? Могу представить, какие для них это муки, у них же в голове одни цифры, какие они все левополушарные, никакого расположения к прекрасному! - Может, Вы присоединитесь к нам? - вот почему Эли не светило место в компании Микки, именно за подобные выходки, все трое остальных молодых ребят, как бы деликатнее выразиться, готовы были свернуть ей шею за этот вопрос. Разумеется, все понимали, что именно к этому предложению мадам Севреро и вела, но все продолжали улыбаться и ждать завершения рассказа, рассчитывая на прощание с мадам по первому звонку. Никто, кроме Эли, не собирался проявлять манеры и предлагать присоединиться к компании. - Вы так любезны, я с удовольствием принимаю ваше приглашение! В каком вы ложе? - Первом. - Микки, как Ваша мама? Она давно не заходила ко мне. - Полагаю, в порядке, очередные предвыборные компании, скукотища. Вероятно, из-за нее у нет время... - "Как на шляпы, так и на собственного сына", додумал мысленно Микки, - А что у вас нового? Вы всегда говорите только о работе. - Ох, Микки, в личной жизни из нового только дата на календаре. Время идёт, а я все только хорошею. - Этого у Вас не отнять, Ваш шарм затмит кого-угодно, - Микки знал, что мадам вправду считала, будет хорошеет, вернее, он просто понимал, что на сарказм она не способна в силу своей древности. - Ни это ли истинная причина, почему Ваша матушка прекратила свои визиты ко мне, - шутя продолжала о своём Севреро. Микки улибнулся той улыбкой, которую адресат воспринял за искреннюю, но которая же в своей сути скрывала одно притворство: - Бросьте, Вы же знаете это не так, - "Это только так и никак иначе, разве что потому ещё, что ты заноза в одном месте", продолжал мысленно Микки. Эли уже начала скучать, все меньше вникая в пустую болтовню. Микки, как потенциальный джентльмен, по крайней мере на этот титул все делали ставки, не курил свою сигарету при разговоре, а потому у него ещё оставалось больше половины не сгоревшего табака, когда кончик сигареты вовсе погас. - Прошу прощения, я все же закончу начатое, - желая скорее переключить внимание с себя, Микки приподнял кисть руки, в которой изящно небрежно расположилась коричневая тонкая сигарета с черным остывшим табаком на другом конце от фильтра. Не дожидаясь ответа, он в полоборота сделал шаг назад, заявив твердое намерение покончить с диалогом. - Разумеется, я совсем с Вами заболталась. Говорите, в первом, я вас найду, - мадам уже говорила одновременно со всеми молодыми людьми в компании, как ни странно, намереваясь оставить их сейчас. Счастливая старушка разглядела в снующей вокруг для перекура толпе знакомые лица, тотчас же переменившиеся в те гримасы, что недавно застыли поверх радостных лиц компании Микки, Джеда, Лили и Эли, как только поняли, что мадам их заприметила. Ребята вновь остались наедине, избавившись от компании болтливой пожилой кутюрье. Над головами вышедших подышать свежим воздухом начали с грохотом закрываться окна театра. Огорченные не столько реакцией зрителя, сколько сигаретным дымом, добиравшимся до гримерок, настоящие артисты демонстративно (а некоторые вовсе по несколько раз) хлопали окнами. Модная публика дымила дорогим табаком, заправленным во все известные человечеству приспособления, и не только ним, правду говоря. Не в меру веселые ребята, окутанные в своё особое, некого грязного оттенка ржавого дыма, облако, выделялись своим громким смехом на фоне остальных. - Спорим, их не пустят обратно в зал, - обратился Джед к своим, уставившись на компанию, покуривающую какое-то сено, и деликатно тыча в них пальцем. - Я в принципе считаю также, но для спора необходимо разногласие, так что выступлю с иным мнением, - проумничал Микки в ответ, принимая спор. - На что спорить будете, мальчики? - Будто есть выбор, конечно на бутылку красного, начнём эту пятницу раньше положенного. - О, Микки, я тебя умоляю, когда это ты начинал пятницу позже обычного? - Ну, ты язва, Лили! Может, не по пятницам, но в другие будни я обычно позже выпиваю. Случилось, как все и полагали, даже не пришлось долго ждать, обкуренной компании швейцары вежливо отказались открывать двери: - Какой позор, - с особым наслаждением промолвила Эли. - А самое интересное, если мне не изменяет память, что та девушка с ними, любовница диригента. - Может, бывшая? - Веришь, Лили, не интересно даже сейчас это обсуждать, потому что Микки уже принимает низкий старт бежать за бутылкой, - прямо намекнул Джед, у которого так и сверкали глаза, - ты видишь, мне даже не пришлось натравливать на них копов. Пари ты честно проиграл! - Спокойно, амиго, все будет. - Ты впрямь хочешь пронести с собой бутылку в ложе? - подначивала Эли. - Ну такого раньше мы не практиковали... Так что не вижу аргументов, почему бы этого не сделать. - Теперь можно поспорить, пустят ли Микки обратно в зал, - с восторгом, хлопая в ладоши одними только кончиками пальцев, объявила Лили, повернувшись к Джеду с Эли и загородив спиной Микки, будто его уже здесь не было. - Эй, я ещё здесь! - обеими ладонями махал проигравший. - Вот и мы удивляемся, что ты ещё не на полпути, дорога ведь не близкая, поторопись, - начал Джед, резко прерванный Лили: - Уже второй звонок, мы в зал! - Ждём тебя, мой котик, - подключилась Эли в догонку, которую уже почти тянули прочь Лили с Джедом. Микки успел войти в антураж, так что он был рад своей роли - на месте Джеда он бы вел себя точно так же, получая не больше удовольствия, чем в роли посыльного. - Мадам Севреро, - окликнул Микки старушку, направляющуюся ко входу в театр, - позвольте Вас задержать...