Повторю кратко то, что у меня уже изложено в других работах. Медведица прекрасно справляется с ролью учительницы своих детей, обходясь почти без речи. Мама, которая нас родила, еще до родов сообщила нам много важных сведений, и много – неважных. Пчелы, нашедшие ареал хороших медоносов, сообщают своим неудачливым подружкам о своей находке, причем дают им направление, куда следует лететь, точный азимут по отношению к солнцу, самому наилучшему ориентиру, приуроченному к возможности сбора нектара. Муравьи родились – все одинаковы. Затем наступает обучение, называемое у энтомологов специализацией, причем такое успешное, что немного погодя у нужных (согласно специализации) муравьев вырастают дополнительные фасетки глаз, причем столько, сколько им необходимо для выполнения поставленных перед ними задач. Можно привести сотни других примеров, включая помощь людям от камней путем «переговоров», но я думаю – достаточно.
Можно сделать безапелляционный вывод: даже не умея разговаривать, люди, пока ничем почти не отличаясь от камней, учат своих детей. Речь при этом дает такой скачок обучению как, например, теория относительности дала толчок релятивистским представлениям о мире. Эффект письма же в обучении можно сравнить с эффектом открытия полупроводниковых транзисторов для современной микроэлектроники, включая компьютеры.
Я многажды доказал, что членораздельная речь людям в обычных условиях абсолютно не нужна, не в любви же объясняться – можно ведь просто прижать и поцеловать, не рыбное же место объяснять – можно ведь пальцем показать. Притом даже муж с женой по суткам не вымолвят друг другу ни слова даже в наши дни. И если дети не принесут двойку из школы, их иногда и по неделе не замечают, обходясь молчаливым разглядыванием дневника. И даже при случайном, примерно равноценном обмене чем бы–то ни было речи не требуется, можно жестами обойтись и 60–70 «словами» обезьян. А философии, каковой требуется и речь, и письмо, тогда не было, так же как и у камней.
Речь впервые потребовалась только для прибыльной торговли, когда она стала профессией целого племени, которое сновало туда–сюда между племенами и искало, что и где дороже и дешевле меняют. Именно меняют, а не продают. Ибо смысл прибыльной торговли только им был известен. И тут даже те 60–70 обезьяних «слов» пришлось унифицировать, сделать «международными», «индоевропейскими» и «афразийскими», если хотите. Остальное читайте в других моих работах, ибо об этом у меня столько написано, что я уже сам сбился со счета. А я сам перейду к еврейской школе, впервые появившейся на Земле, и именно из потребностей торгового племени, ибо без «устной» речи невозможно прибыльно торговать, а без письменной речи (векселя, прейскуранты в ареалах племен и т.д.) не может функционировать сама прибыльная торговля.
Только прошу заметить при этом, что науки, технологии и искусства, и вообще научно–технический прогресс, не самопроизвольный кот в мешке, черт в табакерке или джинн в бутылке, вырвавшиеся наружу целенькими и готовыми к употреблению. Они – только следствия прибыльной торговли и сопутствующей ей необходимости прочесывать «дикие» в смысле понятия прибыльной торговли племена и народы, аккумулируя торговцами в своем племени все указанные достижения разом. И не только аккумулировать как зерно в элеваторе, но и делать из него «хлебо–булочные» изделия, включая «спагетти» дополнительного разума и выводов из него, достойных записи на систему жестких дисков, каковыми являются головы представителей торговцев. Печально, что эти головы умирают и многоценные «записи» в них – тоже. Совершенно как в сломавшемся компьютере. Кажется, теперь я вплотную подошел к человеческой школе в совокупности с речью и письмом.
Самое удивительное то, что, скрыв от нас всех на праве первых грамотеев исторические истоки прибыльной торговли, евреи не скрыли, вернее, забыли скрыть от нас то, что согласно Торе, Талмуду и прочим своим древнейшим свиткам, скрижалям и табличкам из глины каждый еврей обязательно должен быть грамотным. Именно этим евреи отличаются от семитов и прочих обитателей древнего Аравийского полуострова, включая туда Вавилон и Древние Эфиопию и Египет. И именно эта древнейшая заповедь, каковая, я не сомневаюсь, была еще в Первозаконии, но ее потом оттуда вычеркнули, есть ключ к правильному пониманию истории. Вот теперь я окончательно перехожу к еврейской школе. Данные я все взял из Еврейской Энциклопедии (ЕЭ), которые я буду приводить частично в кавычках, частично просто излагая мысль своими словами, перемежая все это комментариями.
«Титул «гаон», применявшийся первоначально главным образом к начальнику Сурской академии, в седьмом столетии, под владычеством магометан, стал применяться к руководителям других академий, когда их официальное положение было вновь восстановлено и признано арабским правительством халифата. В действительности не было никакого различия в употреблении обоих титулов; носители их были главами либо Сурской, либо Пумбадитской академии…». Из другой статьи добавлю: до «гаона» «обычным титулом главы вавилонской школы было «реш–сидра»; «реш метибта» оставалось официальным обозначением для главы академии вплоть до конца гаонского периода и отнюдь не было заменено титулом «гаон», обозначающим в действительности «высочество» или «превосходительство». Наряду с реш–метибтой, но одной ступенью ниже его стоял «реш–калла» (председатель общего собрания). Калла (общее, генеральное собрание) было характерной особенностью вавилонского еврейства…».
На неудобопроизносимые слова и «на седьмое столетие» не обращайте внимания. Обратите внимание на «его превосходительство» и на то, что школ фактически было много, а не две, иначе бы не было столь много этих самых труднопроизносимых слов. То есть, перед нами предстает уже установившаяся система образования, тем более что «совершенно не сохранилось указаний на время возникновения титула», хотя окольными путями ЕЭ устанавливает этот срок (с 589 г.). Замечу, это примерно время официального становления ислама. Значит, торговля и ислам начали шагать одновременно, и ислам стал подменять собой, вернее даже, маскировать торговое племя. И именно поэтому, когда ислам распростирался от Индии до Гибралтара, в это же время евреи как бы пропали, а потом уже вновь всплыли, вкрапленные в народы как бы просто с неба. Притом «возник» — то гаон не только до ислама в Вавилоне, но и вообще неизвестно когда, стало быть, примерно на второй–третьей торговой сделке.