Квен лежала передо мной, и впервые я не знал, что делать.
— Нам нужно её починить. Мне нужно её починить. Эрик! Помоги мне!
— Грей —
— НЕТ!
Я не хотел слышать, как он это скажет. Не хотел слышать, что он не сможет её спасти. Её дыхание было таким поверхностным и рваным. Горячие слёзы смешивались с дождём, стекающим по моему лицу.
Слоан присоединилась к нам, бледная, словно из неё ушла вся краска. Она мягко положила руку мне на плечо.
— Грей…
— Пожалуйста. Пожалуйста, Слоан. Ты можешь помочь. Ты можешь помочь, правда? Ты даруешь жизнь, — отчаянно сказал я своей невестке.
Её дар никогда не был тем, с чем я тесно работал или чем особенно интересовался — до этого момента.
Жизнь.
Слоан работала с жизнью, и мне нужно было, чтобы она даровала её мне.
— Грей, это работает не так. Я не дарую жизнь в таком виде.
Я закричал от отчаяния, и вдруг меня осенило.
— Элва! — сказал я. — Приведите Элву! Слоан. Эрик. Кто-нибудь из вас приведите её!
Слоан исчезла, и через несколько мгновений вернулась, ведя за собой Элву и Игнасио. Элва ахнула, когда увидела Квентин на земле.
— Она скоро уйдёт, — скорбно прошептала Элва, ощущая угасание жизни.
Богиня смерти вынесла свой вердикт. Она знала, когда людям пора уходить. Она чувствовала, когда жизнь больше не может продолжаться.
Желчь подступила к моему горлу.
Почему я потратил столько времени впустую? Наши ссоры были бессмысленны. Совершенно ничтожны. Даже если их нельзя было избежать, я должен был пойти за ней в закусочную. Дождаться, пока она закончит, и отвезти её домой. Я должен был потребовать её ответ на моё признание в любви.
— Элва, пожалуйста. Пожалуйста, помоги.
— Я —
Я повернулся к ней на коленях и опустил лоб к её ногам. Сквозь шум дождя я услышал вздохи остальных.
— Я умоляю тебя, Элва, — сказал я, обращаясь к земле. — Я стою на коленях и умоляю тебя спасти её от этого.
Как Божества, мы не умоляли. Как Божества, мы были горды до порока, но здесь у меня не осталось гордости. Я отдал бы всё, потому что если потеряю её, я не был уверен, что смогу продолжать существовать.
Элва посмотрела на меня сверху вниз, со слезами в глазах.
— Она твоя семья, Элва, — сказал я, поднимая голову.
— Я думаю, Грей.
— Думай быстрее!
— Бассейн, — спокойно сказал Игнасио. — Она полубогиня. Отнесите её к бассейну. Если он примет её и наделит даром до того, как она умрёт, она обретёт своё бессмертие.
— Грейсон, нам нужно идти, — сказал Эрик.
Я снова посмотрел на Квен, и моё сердце остановилось. Я нарушал все правила ради неё. Осторожно я поднял её с земли. Обычно такая живая, она теперь была безвольной и тяжёлой в моих руках, словно тряпичная кукла, и рыдание сорвалось с моих губ.
— Быстрее, Грей, — подгонял Эрик.
— Держись, Квентин. Обещаю, всё будет хорошо.
Мне казалось, что я уже видел её уязвимой — ранним утром, когда она ещё была во власти сна, — но это было совсем другое. То, как она лежала у меня на руках, совершенно лишённая силы. Это была не Квентин. Эта женщина разговаривала во сне. Она была тёплой и всегда находила, что сказать, но теперь она стояла на краю смертности, и я боялся, что опоздал.
Когда мы оказались в Элизии, мы появились у самого края бассейна. В тот же миг вода начала мерно пульсировать, будто у неё появилось сердце.
— Тебе нужно зайти с ней внутрь, Грей. Так же, как мы делали с детьми.
Эрик направлял меня, подсказывая, что нужно делать.
Он стоял рядом со Слоан, и я видел её лицо, залитое слезами, устремлённое на меня.
— Верни её домой, Грей, — сказала Элва, сжимая руку Ига.
Я шагнул в бассейн, не произнеся ни слова. Вода вокруг меня почернела, пока не стала похожа на пустоту, но я не остановился. Чем дальше я заходил, тем выше она поднималась, доходя до пояса, и всё равно оставалась чёрной.
— Почему ничего не происходит?! — в панике выкрикнул я.
В первый раз, когда она была здесь, он хотел её, но теперь не делал ничего. Неужели мы опоздали? Неужели мы упустили свой шанс?
— Погрузи её под воду, — тихо донёсся голос Слоан, и я кивнул.
Глубоко вдохнув, я сделал ещё несколько шагов, пока мы оба не исчезли под водой.
Прошло всего несколько мгновений, и вода снова изменилась. Она забурлила и яростно запульсировала вокруг нас. Чернота рассеялась, и вместо неё вода стала золотой. Мы плыли в бассейне, похожем на шампанское — ярком, бурлящем и ослепительном после темноты.
И тогда дар Квентин ударил меня.
Ошеломляющее стремление к достижениям и упорному труду. Годы и годы сертификатов и трофеев. Похвала от всех вокруг неё.