— Хантер снова устроил мне очередное неудобство, — ответил я прямо, не желая вдаваться в подробности. — Ничего нового, и теперь всё улажено. Пойду возьму выпить.
Я поднялся со своего места, подошёл к бару и заказал джин.
— Не торопись так, — сказала Шарлотта, появляясь рядом со мной.
— Даже не почувствую, — ответил я, глядя прямо перед собой. — Уверен, смогу перепить тебя без особых усилий.
— Это несложная задача.
Она рассмеялась.
— Я не так уж много пью.
Мужчина за барной стойкой вернулся с моим заказом, и Шарлотта улыбнулась.
— Тайлер, дорогой, это Грейсон.
— Ещё один из твоих новых коллег? — спросил Тайлер с густым ирландским акцентом.
— Именно так.
Он перегнулся через стойку и протянул мне руку. Я на секунду задержал на ней взгляд, затем сжал её и стал ждать привычного всплеска ощущений, но ничего не произошло, и я вспомнил о браслете на своём запястье, который приглушал божественность в моей крови.
— Приятно познакомиться, Грейсон, — сказал он. — Не позволяй этой командовать тобой.
— Не думаю, что с этим возникнут проблемы, — пробормотал я.
Тайлер не знал, кто я такой. Он не знал, кем были остальные одиннадцать. Так и должно было быть здесь, внизу.
— Прошу прощения, пойду присоединюсь к остальным новобранцам, — сказал я.
Взяв свой напиток со стойки, я обернулся и увидел, что Игнасио уже беседует с Элвой. Вот и компания на вечер пропала. Мне совсем не хотелось проводить вечер с Элвой, Богиней смерти. Это только подлило бы масла в огонь слухов. Мы пережили почти тысячелетие попыток свести нас вместе, но правда заключалась в том, что у нас было мало общего.
Чья-то рука скользнула в сгиб моей руки, и, опустив взгляд, я увидел, что ко мне прицепилась Слоан. Её живот заметно округлился — она уверенно приближалась к концу беременности. Это будет её пятый ребёнок. Ничего удивительного, учитывая, что её дар делал её ответственной за плодородие.
— Грей, пойдём к нам, — сказала Слоан.
Она направила нас к столу, за которым сидели Хантер, Ларкин и Эрик. По пути она перебросила через плечо длинные волосы песочно-блондинистого оттенка.
Я мог бы начать сопротивляться, но со Слоан я спорил редко. Её мягкое сердце и терпение всегда располагали меня. Я был рад, что мой младший брат нашёл её и принял в нашу жизнь и в нашу семью.
— Я уже думала, когда же ты появишься, — сказала Ларкин.
Эта женщина вызывала у меня мало терпения.
— Садись с нами, Грей, — сказала Слоан, отпуская мою руку и присоединяясь к мужу.
Я сел по другую сторону от Эрика и сделал глоток из своего стакана.
— О! Посмотрите-ка на это! — произнесла Ларкин с усмешкой, указывая на моё запястье. — Хантер говорил, что ты всё ещё можешь быть в браслете, но я не ожидала увидеть это своими глазами. Как собака на поводке. Какая прелесть!
Я стиснул зубы.
— Заткнись, Ларкин.
— Никогда бы не подумала, что увижу день, когда Смертный будет указывать тебе, что делать, — сказала она с откровенным злорадством.
Моя рука крепче сжала стакан.
— Ларкин, — перебил нас Хантер. — Хватит.
Мы оба посмотрели на Хантера, который пытался разрядить обстановку, и Ларкин отступила, позволив разговору снова течь своим чередом.
Я быстро отключился, когда они начали обсуждать проект, и мой взгляд стал скользить по комнате, пока я не нашёл Скотт. Она разговаривала с группой людей, и Холден стоял к ней на полшага ближе, чем позволяли бы приличия и профессионализм.
— На что ты смотришь? — голос Эрика прозвучал у моего плеча.
Я ответил, не задумываясь:
— На неё.
Ярко-голубые глаза Эрика остановились на Скотт и Холдене, после чего на его лице появилась улыбка.
— Он жаждет быть с ней.
Я чуть не поперхнулся своим глотком джина.
— Прости?
Эрик, самый младший из нас, братьев, был наделён ответственностью за любовь, желание и сексуальное влечение. Между нами троими всегда хватало работы с молитвами.
— Тот парень рядом с ней, — сказал Эрик, кивнув в сторону Холденa. — Он питает к ней чувства. Довольно сильные.
Я издал некрасивое фырканье. Меня не удивляло, что Холден испытывал к ней чувства. Я видел, как этот человек стремился пометить свою территорию. Телефонный разговор ранее лишь подтвердил, что он не хотел видеть меня рядом с ней. Ненужный вызов в борьбе за её внимание — и не было никаких сомнений, кто выйдет победителем.
— Кто она? — с любопытством спросил Эрик.
— Одна из учёных, — ответил я, пожав плечами, а затем перекатил её имя на языке. — Доктор Квентин Скотт.