— Играешь, Грейсон? — Холден подбрасывал мяч в руках.
Когда я снова взглянул на Скотт, она уже сняла шорты и майку, и мой член дёрнулся в шортах. Вне лаборатории она не отличалась скромностью в одежде, но видеть её почти раздетой, в одном лишь купальнике, совсем не помогало моему положению.
— Не уверен, что ты захочешь играть со мной в игры, — пробормотал я в ответ, пока мой мозг уже выстраивал план, а он отвернулся поговорить с другими коллегами.
— Держу пари, ты любуешься таким видом постоянно дома, — сказал Иг, подбегая ко мне и наблюдая за Скотт, растянувшейся на шезлонге под солнцем.
Золотистая кожа блестела под лучами, будто сама просила их ласки и манила меня сделать то же самое.
Внутри я отругал себя за недостаточную внимательность. Последнее, чего я хотел, — чтобы чей-то ещё взгляд зацепился за то, что я уже сделал своим.
— Хотел бы, — честно ответил я. — Большую часть времени она слишком погружена в работу.
— Не могу отрицать, в моём цвете она выглядит чертовски хорошо.
Меня передёрнуло от этого замечания. До сих пор я ни разу не видел её в полностью чёрном, и меня кольнуло раздражение, когда она лежала под солнцем в оранжевом бикини.
Это ничего не значило. Она не Богиня, так что никакие традиции на неё не распространялись. Иг всего лишь пытался отыграться за то, что я на днях уложил его на задницу.
Я прикусил язык, сдерживая мысль о том, что на самом деле Скотт выглядит лучше всего вообще без одежды.
И так уже было достаточно плохо, что Эрик знает. Я не собирался выносить это на всеобщее обсуждение и рисковать тем, что Хантер начнёт придираться к моему поведению.
— В твоём цвете никто не выглядит хорошо, — парировал я.
Иг фыркнул.
— Чёрное носят на похоронах.
— Зато этот цвет хоть что-то означает. Оранжевый? Зачем вообще кто-то носит оранжевый?
— Да пошёл ты, Грей.
Громко рассмеявшись, я наблюдал, как Иг, надувшись, направился к Элве. Я было двинулся за ним, но после ещё одного взгляда на Скотт мгновенно изменил курс.
— Наслаждаешься солнцем? — спросил я, подойдя к ней.
Устроившись на соседнем шезлонге рядом со Скотт, под зонтом, укрывающим меня от яркого света, я позволил своему взгляду свободно скользить по её фигуре. Кожа на её бёдрах и по бокам была украшена белыми растяжками — следами того, как её тело когда-то выросло, принимая формы, притягивающие внимание.
Она повернула голову ко мне, глаза скрыты за большими тёмными солнцезащитными очками.
— Ммм. Приятно, — лениво ответила она.
— Я знаю, что ещё могло бы доставить тебе удовольствие, — сказал я, наклоняясь к ней.
— Грейсон, — предупредила она.
— Что?
— Этого не будет.
— Значит, ты понимаешь, о чём я говорю?
Она медленно приподнялась и повернулась ко мне.
— Знаешь, тебе бы стоило посидеть в тени, — посоветовал я, похлопав по месту рядом с собой.
Она покачала головой.
— Мне и так хорошо.
Сдвинувшись с шезлонга, я сел рядом с ней. Теперь моё тело отбрасывало тень, и Скотт подняла очки на голову. Я воспользовался моментом, чтобы снова внимательно её рассмотреть, отчего она приподняла бровь.
— Не смотри на меня так, Скотт. Я видел, как ты смотрела раньше.
— Смотреть не запрещено, — возмущённо сказала она.
— По моим правилам, трогать тоже не запрещено.
— Грей.
— Ну же, Скотт, — мягко уговаривал я. — Я знаю, ты осталась недовольна той ночью.
Её глаза расширились, а щёки вспыхнули румянцем.
— Я понятия не имею —
— Ты серьёзно собираешься мне лгать?
Она раздражённо фыркнула, пойманная с поличным.
— Ты ненавидишь, когда не получаешь своего, — сказал я, забавляясь её поведением.
Я видел, насколько она упряма, и ценил это качество — до тех пор, пока оно не означало сопротивление мне. Она могла обладать всем огнём мира, пока это не мешало мне получать желаемое.
— Ты такой же, — парировала она.
— Я никогда не говорил, что это плохая черта.
Она снова смягчилась.
— Чего ты хочешь, Грей?
— Того же самого, что и ты. — Я наклонился и поиграл свободной прядью её волос. — Удовлетворения.
Я коснулся лёгким поцелуем её челюсти.
— Грей, — прошептала она.
— Ммм?
— У нас будут проблемы.
Она не сказала мне остановиться.
— Тогда нам стоит уйти, — сказал я ей.
Моя аура окутала нас, перенося обратно к ней домой. Через мгновение мы уже стояли в прихожей её дома, и она оттолкнула меня.