— Помоги! — вырвался крик уже из человеческого горла, когда пальцы вцепились в острую кромку камня. Кожа на ладонях лопнула, и горячая влага побежала по запястьям. Тело со всего размаха по инерции приложилось о скалу, выбив из легких воздух. Боль от удара оглушила. В глазах потемнело. Чем она ударилась? Ей казалось, что проще сказать, чем не ударилась…
В сознание ее вернула боль в руках и крик:
— Держись! — жесткие мужские руки обхватили ее предплечья, и она почувствовала, как Лигран затаскивает ее на выступ. Непроизвольно девушка уцепилась за него и услышала, как он шипит сквозь зубы, а по ее пальцам побежала кровь человека, что успел прийти на помощь.
"Когти! — мысленно застонала попаданка. — Прости! Не подумала…"
— Не о том стонешь! — прохрипел Лигран, всем телом распластавшись на небольшом уступе. Он сейчас вытаскивал ее, стараясь не причинить лишней боли. Но ни о царапинах, ни о синяках Ирина не думала.
Девушка крохами оставшихся благоразумия и самообладания заставила себя не дергаться, пока локтями не зацепилась за выступ. А вот потом, пыхтя и извиваясь, как червяк на турнике, начала помогать, подтягивая свою тушку из бездны.
Ирина видела, как сородич испуган, как катятся по его багровому лицу крупные капли пота. Как вздулись мышцы на руках и на напряженной шее. Как тонкими канатами натянулись, проявились все жилы, а зубы сцепились так, что казалось, слышен их скрежет.
— Ничего! Держись, дочка! — кряхтя от натуги, процедил спаситель и, рывком выдернув ее из пропасти, перекатился подальше от края. Напугавшую его спутницу он так и не выпустил из стальных объятий.
Ужас пережитого уходил. Парочка лежала, бездумно глядя в голубое небо. Белые облака безучастно скользили мимо. Солнце равнодушно согревало скалы. Дыхание и стук сердец постепенно приходили в норму. Эйфория и облегчение накатили на вариаци. Улыбки растянули губы обоих. Не сговариваясь, они покосились друг на друга и расхохотались.
— А я для тебя никогда не была дочкой! — раздался яростный крик откуда-то сверху, и на них посыпались мелкие камушки. Мгновенно громоздкое тело мужчины навалилось на Ирину, закрывая собой от мелкого крошева.
Оттолкнув Лиграна, землянка вскочила на ноги и закричала:
— Ирбисса, не глупи! Мы хотим помочь…
Но мужское тело тут же вжало ее в скалистую стену, спасая от следующих летевших камней.
— Ты что творишь? — взревел Лигран.
— Доделываю то, что, оказывается, не сделала в доме, — захохотала безумная. — Я себя уже приговорила за убийство человека, который стал мне роднее отца.
Неприятный грохот сверху завершился новой порцией камней…
— Я тоже любил тебя, как родную! — крикнул мужчина, все крепче прижимая спутницу к каменной стене. — И Пард всегда считал тебя сестрой…
— Только я ему не сестра! — взвизгнула Ирбисса. — А с твоей смертью я уже смирилась!
— О чем ты? — с тревогой поглядывая на все усиливавшийся камнепад, уточнил Лигран.
— Если бы не ты, то Пард любил бы меня так же, как Иссил. — раздался вопль умалишенной.
— Иссил тебя любил? — удивилась землянка.
— Ну, желал! — заорала наверху сумасшедшая. — Разве это не одно и то же? Моя обретенная сущность, пока вы все спали, объяснила мне, что мы теперь выше этих человеческих предрассудков. Нам не надо равняться на них! Я неприкосновенная самка, что сама может выбирать себе самого сильного самца.
— Выбирай! — не поняла ее претензий попаданка. — Кто тебе не дает?
— Ты! Чтоб ты влюбилась в того, кто тебя приютил, а я посмотрю, как он будет от тебя нос воротить! — послышался ответ, который Ирина предполагала, но боялась услышать. Эти слова были приглушены грохотом то ли грома, то ли взрыва. Поэтому дальше землянка скорее угадывала, чем реально слышала. — Самцы тоже могут выбирать… и отдадут предпочтение той особи, от которой будет более сильное потомство! Я видела, как они хотели защитить тебя от вожака. За меня только однажды Пард заступился. Ну, ничего! Теперь, когда я останусь единственной, им придется в ногах у меня ползать, чтобы добиться моей благосклонности. Я за все отомщу…
— Ирбисса! Это принципы жизни животных! — попыталась достучаться до девушки Ира. — Мы люди!
— Нет! — взвизгнула сумасшедшая. — Мы звери! Я это поняла, когда убила Лиграна. Женщина не смогла бы справиться с мужиком, а мой зверь смог! Да! Я испугалась и как дура убежала, но моя суть мне объяснила, что теперь между мной и Пардом стоишь только ты, Высшая. Мы и разошлись с кошкой в разные стороны, чтобы тебя выловить. Ты же такая самостоятельная, такая самоуверенная, как все кошки! Только я не знала, что почивший приемный папенька объявится. Как тебя угораздило?