В свое время Петри изучил большое количество каменных изделий. Одним из наиболее необычных предметов был его артефакт № 6 — диоритовая плитка со следами равномерных дугообразных углублений, которые шли параллельно друг другу. Несмотря на то, что желобки эти были практически счищены в результате позднейшего шлифования, они по-прежнему хорошо просматриваются на поверхности диорита. По мнению Петри, единственный инструмент, который мог оставить подобные следы, — это круговая пила.
Обычно для того, чтобы резать твердый материал с помощью таких мягких субстанций, как медь, дерево или рог, их облепляли твердым порошком. Процарапывая такими порошковыми палочками поверхность камня, можно было нанести на него необходимые линии и узоры.
Многие полагают, что и египтяне поступали точно так же. Но хотя этот метод подходит для алебастра и прочих мягких камней, его, по мнению Петри, нельзя применять к более прочным породам. Скорее всего, египтяне резали такие твердые породы,
как гранит, диорит, базальт и т. д., с помощью бронзовых инструментов, наконечники которых состояли из чего-то намного более прочного, чем кварц. Мы пока не в состоянии определить тот материал, из которого изготавливались эти наконечники. Однако в качестве возможных тут представляются всего лишь пять субстанций: берилл, топаз, хризоберилл, корунд или сапфир и алмаз. Характер работы со всей определенностью указывает на то, что наконечники инструментов были изготовлены из алмаза. Единственное, что мешает окончательно утвердиться в данном выводе, — это относительная редкость такого материала и полное его отсутствие в Египте. В результате наиболее вероятным кандидатом становится необработанный твердый корунд{57}.
В своих заметках относительно тех механических методов, которые использовались древними египтянами, Петри отмечает, что эти люди умели изготавливать наконечники куда более твердые, чем кварц. Инструменты, снабженные такими наконечниками, повсеместно применялись ими в качестве резцов. Изучив надписи на диоритовых чашах, фрагменты которых он обнаружил в Гизе, а также те царапины, что были оставлены на полированном граните Птолемейской эпохи, Петри пришел к выводу, что создатели этих предметов пользовались высокотехнологичными пилами и сверлами. В свою очередь, иероглифические надписи нанесли на чаши с помощью резца. Совершенно очевидно, что линии знаков были не процарапаны, а именно вырезаны.
О том, что кончик резца был куда прочнее кварца, можно судить по толщине этих линий, составляющих в отдельных случаях лишь 1/150 дюйма. Ведь это означает, что само режущее вещество должно было быть настолько твердым, чтобы не расколоться при таком малом объеме. И Петри, и его коллеги ни минуты не сомневались в том, что линии на изделиях из плотных скальных пород были выполнены с помощью инструмента, дополненного наконечником из какого-то драгоценного камня.
Наконец, нельзя не упомянуть о надрезах на поверхности диорита, глубина которых составляет одну сотую дюйма. Скорее всего, их нанесли с помощью пилы с фиксированными зубчиками из того же драгоценного камня, а вовсе не путем натирания твердым порошком. Ведь подобные надрезы отличаются правильной формой и равной глубиной. Кроме того, они находятся на одинаковом расстоянии друг от друга. И хотя до сих пор археологам не удалось обнаружить ни одного инструмента с наконечником из драгоценного камня, надрезы, оставленные на поверхности всевозможных предметов, не оставляют сомнений в том, что египтяне были знакомы с подобными приспособлениями.
Сложные технические навыки не ограничивались изготовлением каменных изделий. В нашем распоряжении имеются и другие образцы высокоточного и художественного мастерства древних египтян. Думаю, практически все знают о древнеегипетском обычае хоронить мертвых в окружении вещей, которые могут понадобиться их владельцу в потусторонней жизни. В числе таких вещей были и статуи, изображавшие того человека, который отправлялся в загробное странствие. Глаза у некоторых из этих статуй обладают поистине удивительным свойством: кажется, будто они следуют за человеком, который передвигается непосредственно перед скульптурой. Образцы таких статуй, созданных в правление четвертой и пятой династий (2575–2323 гг. до н. э.), находятся в парижском Лувре и Египетском музее Каира.