Осмотрев комнату, поняла, что меня поместили в тюремную камеру. Но загадочным было другое – эти стены окружала тяжёлая, тёмная энергия. Та, о которой люди слогали легенды, та, о которой все маги знали лишь из книг.
Чистейшая энергия, которую подчинили и направили на раздор.
Утерев слезы с губ, я подскакиваю на ноги, и, шатаясь, плетусь к окну. Железные прутья оказались очень холодными на ощуп, но сколько бы я не взывала к огню, он не появлялся. Тогда я в гонимом ужасе отпрянула от окна и взглянула на свои ладони. Искры то появлялись, то исчезали бесследно. Моя сила сейчас была подавлена, и я не могу ей управлять.
Следует найти источник. Или хотя бы понять, что сейчас происходит.
Прижав ладонь к губам, я крупно вздрагиваю и делаю шаг назад. После испуганно кошусь на стены и бросаюсь к ним, чтобы прикоснуться. Темная энергия пропитала все вокруг, она сочилась из каждой трещины, каждого камешка. Кто-то пытался сдержаться меня здесь силой, и я имею представления о том, кому это могло быть подвластно.
Ийиган. Подонок, который добрался до Лурдоса, нашел реликвии и помог кому-то из предавших нас собратьев взломать печать. Ту самую, которая являла собой источник сил, и была магическим центром всего Эллуира.
Я до последнего отметала все теории, не думала упоминать это даже при Мираже, и теперь стало слишком поздно. Ийиган нашел способ сломать печать, которую сотворили, чтобы мощная энергия первородного существа не смела всю страну.
Сила такой мощи была абсолютно неподвластна людям. От одного лишь прикосновения к ней их тела превращались в пепел.
Как он нашел способ, был ли к этому причастен наставник, и что теперь происходит с Рухтой?
Закусив губу, я зажмуриваю глаза.
Нужно успокоиться, прийти в себя, и обдумать все по-новой. Ийиган сломал печать и высвободил силы, которым подвластно свергнуть даже Великих магов нашего мира. Эти силы уничтожали людей, но под правильным использованием могли пробираться наружу не целиком, а малой долей. Для управления этой энергией нужно было нечто, равносильное по мощи используемого количества сил…
Допустим, что у Ийигана было ещё что-то.
Но куда подевался он сам? Неужели умер спустя девять лет использования печати? И как тогда Зотан правил ещё три года, скрывая правду о своем отце? Он вовсе не похож на человека, который просто так скроет подобную силу.
В руках Зотана магия могла смести весь Верест и все прочие страны, но он все ещё обычный человек.
Когда мои мысли закипают вместе с гудящей головой, я вдруг понимаю: подвешенное состояние могло быть результатом не только темной, неправильной энергии. Это была связь и напутствие, которое все маги вроде меня могли получить как зов о помощи. Как крик, в котором скрывалась самая огромная жертва.
Первородная энергия едва не погибла на этих землях, но была заключена в ее недрах. Я ощутила отголосок боли.
Когда мое состояние нормализовалось, я ещё раз прошлась по камере и попыталась создать огонь. Магия не поддавалась, и тогда я выудила из внутреннего кармана осколки артефакта.
Подбежав к окну, с нажимом вжала их в железные прутья. Под натиском энергии те всё-таки начали плавиться.
– Вот так… Не один же ты тут такой продуманный, ублюдок.
Шепот утонул в глухом гомоне столицы, звуки которой доносились из-за высоких стен тюрьмы.
Закончив с прожиганием последнего прута, я как можно тише выломала его с корнем и отложила под ноги. Ухватившись за камни выступа, попыталась проползти между прямоугольной рамой, но положение этого не позволило. Тогда я обернулась, поставила ногу на скамью, и дала себе небольшую опору, хватаясь за кирпичную плитку ногтями. Стребя ими, проползла ровно наполовину, когда почувствовала, как тесно проходят бёдра.
– Мракобесие… Нужно же было родиться женщиной, – шиплю, подбадривая себя шутками.
Так всегда было проще.
Вместе с тем, как наружу вырывается неверный смех, я упираюсь руками в стену и проталкиваюсь наружу из камеры. Быстро поднявшись, вжимаюсь спиной в стену и смотрю на свои кровоточащие ногти. В сполохе магии, которая наконец-то мне поддалась, удалось мгновенно залечить несколько их них.
– Пти-и-ичка…
Ужас сковал мое горло.
Я не страшилась Зотана, я никогда бы не позволила себе склонить голову перед его мнимой мощью… Но то, что ощущала сейчас, было ужасно. Оно будто проникало под кожу, разрывая сосуды, медленно и по крупицам.