Ощутив, как земля уходит из-под ног, я услышала крик – болезненный крик утраты. Мои глаза успели увидеть лишь то, как Йорана снова тащат к огромному котлу. С его губ срывалось одно единственное – мое собственное имя.
⊹──⊱✠⊰──⊹
Когда я открыла глаза, то все ещё была жива. Меня каким-то образом вызволила толпа крестьян, попав под гнет солдат. Они яро спасали израненное детское тело. Несправедливость потерь и смертей одолела их, внедряя небывалую силу. Сами того не ведая, они стали героями – символом сопротивления и борьбы.
Одним из вечеров я пришла в себя в небольшом затхлом домишке на окраине города. Ухаживающей за мной спасительницей, излечившей раны, оказалась служанка из дворца. Ее лицо было смутно мне знакомо.
Мы прожили в том доме вместе совсем недолго, учитывая время, которое мне понадобилось для выздоровления, и попытки спрятаться от стражей. Сколько бы я ни молила богов подать мне весть о том, что Йоран жив, они молчали. Ни слова не произнесла и тетушка, залечивающая ноющие раны. Первое и последнее, что она сказала о дворце, было: «не выжил никто».
Я никогда не спрашивала, как и почему оказалась жива. Как и о том, каким образом перенеслась за границы города, в небольшой поселок у ее подножия. Я не знала сна, не мыслила о будущем, не видела смысла в том, чтобы подниматься с постели по утрам. И плакала. Я очень много плакала.
Но тетушка заставила меня встать на ноги и сделать свой первый шаг.
В конце концов, вид на погрязший в крови город встал мне костью в горле, поэтому я решилась на совет тетушки, и уехала прочь. Собрала то малое, что имела, положилась на нее, и пообещала присылать помощь оттуда, где смогу обосновать в ближайшее время. Однако хранящая свои тайны женщина велела делать лишь одно – продолжать жить, и продолжать бороться.
Так я покинула Рухту, наивно считая, что это навсегда.
2 глава
– Злата! Злата!
Девичий голос разносился по заснеженной округе, подобно звону.
Тренируясь бою, я обходила свою искусственную цель. Гостья, раскачивая косами по сторонам, подбежала ближе.
Не сразу обратив на нее внимание, я сконцентрировалась на цели, после чего всего единственным порывом ветра нанесла удар в соломенную голову. Такому учили уже новые наставники. Само собой, это был прием, который мы заучили еще годы назад, но именно его я однажды долго оттачивала до повышения квалификации магов. С чем, по иронии, справилась отлично.
– Что, Вилана?
– Тебе письмо пришло! – радостно заявила она.
– Письмо? Мрак... – опешив, я прикусила язык, после чего поспешила исправиться. – ...бред какой-то. Не нашла другого способа, чтобы затащить меня внутрь?
Вилана, как и остальные девушки, хоть и являлась простой ткачихой, браниться все же не должна. Они, как-никак, прислужницы Богов. Я не имела права учить их подобному, даже если и знала, что их вера меня никак не касается.
Подбежав, девушка резко схватила меня за руку.
– Пойдем, скорее! Нам всем жуть, как интересно...
Яростно потянув меня за собой, свободной рукой Вилана ухватилась за свои платья, чтобы не споткнуться. И хотя учителя непременно отругали бы ее за подобное поведение, девушка все равно радостно бежала, ведя меня за собой. Каштановые косы снова забавно качались.
Кто мог слать письма на моё имя? Верест не связывался со мной путем писем уже практически год. А в Эллуире у меня не было знакомых за пределами города, в котором я жила сейчас. Не считая, разве что, тётушки на границах Рухты. Но из-за опаски и опыта старых лет мы никогда не слали друг другу письма под настоящими именами.
После недавнего возвращения в Целот и потасовки на пограничном посту, во мне поселились сомнения. Кто-то в пределах родины уже был наслышан о достижениях ученицы, которая тайно сбегала в соседнее королевство. Подкуп и его целесообразность были вопросом времени. Кто-то мог попросту меня сдать.
– Эй, я ведь уже сказала, может ошибка какая!
– Да нет же, на твое имя пришло!
– Перестань, Вилана. Проверьте лучше письмо, возможно, там напутано имя. С какой стати кому-то мне что-то присылать?
Мы остановились. Вилана похлопала светлыми ресницами, удивлённо смотря на меня. Сколь бы удивленно не выглядело ее лицо, попытки затянуть нас обратно в здание она не бросила.