– У тётушки было много секретов. Один из них – служение во дворце при короле и наставнике. Она никогда ничего мне не рассказывала, а когда закончила с наставлениями, отправила в Целот. Помогла со всем, за что могла взяться. Я отблагодарила ее, но по-прежнему считаю, что этого было… недостаточно.
– Если она спасла тебя, то хотела лишь одного – чтобы спасение не было напрасным. С этим ты удачно справилась.
Сглотнув вязкую слюну, отрываю взгляд от старой каменной печи. В детстве, пока жила здесь, часто ее сторонилась.
– Да, должно быть, ты прав. Ушло много времени, поэтому удачное заклинание сыграло свою роль. Для каких целей бы оно не было предназначено.
Пройдя к стене, на которой висел выцветший ковер, касаюсь его пальцами. В мыслях вспыхнуло смутное воспоминание:
Я лежу на кровати и медленно веду по узорам рукой, чтобы заглушить свою боль. Подушку пропитали слезы, рана на плече болит, но я не всхлипываю. Не хочу показаться слабой.
Сейчас того же я не чувствую. Как и не чувствовала в день, когда покидала Рухту.
Мираж, стоя позади, не отвечает, позволяя проникнуться горечью утраты. Он ещё раз оборачивается, чтобы что-то рассмотреть, но когда я привожу себя в порядок, мы уходим.
Всю свою благодарность и небывалую боль я оставляю за порогом пустующего дома.
⊹──⊱✠⊰──⊹
– Злата.
Голос Йорана гремит над ухом, вызволяя меня из пучины мыслей. Поднимаю голову, но через мгновение замечаю свёрток бумаги, зажатый между его пальцев.
Приходится остановиться. Мы уже достаточно далеко прошли от деревни. Магия скрывала нас от лишних глаз.
– Посчитал, что будет лучше отдать тебе, когда пройдем какое-то время пути. Это из дома, нашел между полок. Оно было запечатано заклинанием, искажающим пространство. Кто-то очень не хотел, чтобы это послание попало не в те руки.
Приняв свёрток, я машинально закусываю губу.
Прочитаю послание, когда сядем в карету и отправимся в путь.
Сомнений нет – это письмо от тётушки. Было оно предназначено мне или кому-либо другому, не имеет значения. Последний месяц показал, что у меня появилась нехорошая привычка вскрывать чужие тайны.
Поблагодарив мужчину, я засунула бумажку во внутренний карман формы, и подняла взгляд.
– Маскарад и карета?
– Если не затруднит.
В его голосе слышится еле заметный звук, напоминающий усмешку.
Оказывается, в этом мире могло быть что-то пострашнее того, с чем я уже успела столкнуться. Эта мысль заставила мои плечи затрястись от бесшумного смеха.
По прошествии получаса мы вместе с Миражом сидели в карете, заказанной прямиком до первого скромного поселения. После него придется пересаживаться на другой транспорт и добираться иным путем, чтобы сбить возможный хвост.
Мы сидели друг напротив друга. Йоран снял свою маску и сменил униформу, чтобы ничто не указывало на него, как на Миража.
Я то и дело дергала плечами, поправляя рукава и неудобны корсет. Темно-синее платье выбрала сама, пускай и не очень хотела. Время от времени Йоран бросал на меня насмешливые взгляды. Он наверняка улыбался под тканевой маской. Капюшон он прицепил на голове, чтобы не слетал. И лоб, и шея его были надежно скрыты, а зеленые глаза отсвечивали в тени кареты.
Интересно, не упарится ли он, пока мы доберемся? Хотя, если подумать, у меня сейчас были проблемы посерьёзнее.
– Кажется, ненависть к платьям у девушек магов проявляется ещё при рождении, – шумно шепчу под нос, заводя руки за спину и расправляя дурацкую ткань. Она то и дело загибалась.
Да, надевать платье самостоятельно было плохой идеей.
– Я бы сказал, что тебе идёт, но боюсь, что ты съешь меня живьём, – с весельем в голосе отвечает Йоран.
– Как занятно, что ты всё-таки это сказал. Пусть и сделав такой непринуждённый вид.
Мужчина хрипло смеётся, склоняясь вперёд, чтобы оценить весь ущерб от корсета. Будто он в этом разбирался.