У меня уже галлюцинации. Это всё из-за Робин, мать её.
Моя станция «Девон», и я выхожу на улицу, окунаясь в весну, которая уже нарядила вишни и яблони вдоль улиц в свадебные кружева.
2
Чикаго, один день назад
— Ты здесь раньше вообще бывала? — глаза Робин блестят возбуждением.
— Что-то не припомню. Здесь же когда-то, кажется, были заводы? — наш Uber едет вдоль каких-то пустырей, пока не останавливается у огромного полуразрушенного ангара.
— Это точно правильный адрес? — переспрашивает водителя Робин, и тот лишь лыбится в ответ, с явным удовольствием рассматривая нас.
Я его понимаю: мы с подругой постарались на славу. Я натянула на себя невероятное винтажное чёрное вечернее платье в пол, всё из шёлка и кружев, которое я откопала в секонд-хенде на районе. Просто поразительно, какие шедевры иногда попадаются в куче тряпья по пять долларов. На плечи я накинула норковое манто своей бабули, а в уши вдела тяжеленные резные серьги из индийской лавки на улице Девон.
Смоуки айз, ярко-алая помада и такие же скулы: для меня это настоящее приключение. Карнавал. Робин надела такое же умопомрачительное алое платье, а в высоченном вырезе на бедре мелькает кусочек её шоколадной обнажённой плоти, как недвусмысленное обещание.
— А ты, смотрю, решила не уходить с этого вечера без гангстера. Или сразу двоих, — кидаю я на ходу, когда мы с подругой направляемся к неприметной покорёженной двери.
Если честно, я до сих пор не уверена, что здесь что-то есть. По внешнему виду здание забросили несколько десятков лет назад. Видимо как раз в то время, когда моя бабуля совершала трансатлантический побег из Советского Союза. Но вот я вижу, как на пустующую парковку подъезжает космический Tesla Cybertruck, и из него выходит огромный чёрный парень с двумя яркими цыпочками. Ну что же, мы здесь не одни. Шоу начинается.
Робин окатывает всех презрительным взглядом чёрной королевы: ещё бы, с её белоснежными кудрями и красным платьем ни у кого нет и единого шанса рядом с ней, и модный чувак уже заинтересованно посматривает на неё, но вряд ли он — русский пахан, поэтому он безнадёжен.
Мы стучим в истерзанную временем, всю в ржавчине, дверь, которая мгновенно распахивается, и из полумрака на нас смотрят два цепких глаза. Я протягиваю наш пригласительный, который охранник внимательно изучает и делает пометку где-то у себя в планшете.
— Ого! Прямо как в настоящих гангстерских фильмах! — улыбается ему возбуждённо Робин, но мужчина не удостаивает нас даже кивком.
Просто отходит в сторону, пропуская, и мы буквально на ощупь пробираемся по какому-то тёмному сырому коридору. Навстречу гулу голосов и музыке вдалеке. Пока очередная дверь не открывается перед нами, словно невидимый датчик почувствовал наше приближение, и мы ныряем в огромный зал с высоченным потолком в металлической оплётке.
— А Скотт знает толк в развлечениях, — комментирует Робин, оглядываясь вокруг.
В центре, как и полагается, располагается ринг, на котором сейчас пусто. На него направлены мощные лампы, а весь остальной зал тонет в полумраке, и только столики с позолоченными витыми ножками подсвечены невидимыми софитами.
По всей окружности зала расположились высокие пьедесталы с установленными на них гигантскими золотыми клетками, в которых танцуют обнажённые девушки. По всей видимости, любовь к золоту распространяется здесь на всё: и тела стриптизёрш переливаются медью и латунью в волшебном свете фонарей. Они двигаются как зачарованные божества под какие-то азиатские напевы, и я даже не могу определить, что это за музыка.
Неподалёку установлен сверкающий мраморный бар, и я про себя отмечаю, что он точно во вкусе Скотта.
Подпольный клуб, похоже, только начинает понемногу наполняться публикой, которая рассаживается на мягкие бархатные диванчики и кресла, раскиданные по всему помещению.
— Ого, срочно надо сделать селфи! — уже достаёт свой мобильный подруга, натягивая дежурную секси улыбку, как вдруг рядом с нами возникает какой-то парень с непроницаемым лицом. Невыразительным, как бейгл (Бейгл — круглая булочка с дыркой посередине, обычно с плотной текстурой и хрустящей корочкой, популярная в США — здесь и далее примечание автора).
— Леди, будьте добры ваши телефоны, — протягивает он нам жетончики с номерками, и мы послушно кладём свои мобильные в чёрную коробку, которую он держит в руках. — Мисс Томпсон? — вопросительно смотрит на меня, и я лишь киваю в ответ. — Я провожу вас к вашему столику, — и Робин заговорщицки толкает меня в бок, пока мы с ней идём с важным видом, покачиваясь с непривычки на своих высоченных каблуках, мимо стоящих кучками простых смертных.