Голос Луры звучал красиво, убедительно, интонации отлажены чётко, на него мог не отреагировать ум, но не могли не отреагировать чувства. В ответе Сувориной впервые проглянуло сомнение.
– Вижу, умеете уговаривать, может быть, вы и правы. Я подумаю, окончательное решение скажу чуть позже. Заболталась с вами, а ведь у меня сегодня суд. Полгода назад были перевыборы главы района. Всё это время пытаюсь доказать судьям, которые не хотят видеть очевидное, что председатель избирательной комиссии нагло и бесстыдно переписал протоколы и приписал действующему главе полторы тысячи голосов. Надеюсь, сегодня что-то сдвинется, а вы располагайтесь как дома, отдыхайте. После шестнадцати часов я приду, думаю, к этому времени окончательно определюсь.
Суворина вытащила из шкафа подушки и два пледа. После бессонной ночи и сытного завтрака гостям и в самом деле захотелось спать. Илья расположился на диване, Лура прилегла на тахту, и едва хозяйка ушла – оба крепко уснули. Патриархальность посёлка, его неспешная жизнь усыпили бдительность, настроили на спокойный лад, но события начали развиваться по жестоким законам земного боевика.
***
Илья проснулся первым. Какое-то внутреннее чувство, выработанное на войне, назойливым молоточком будильника застучало в голове: "Просыпайся!". Он посмотрел на часы – проспал четыре часа. Прислушался: в доме – тишина. Лура мирно посапывала на тахте, снаружи не доносилось никаких звуков, а душевное беспокойство нарастало. Сонливость слетела в один миг. Он не понимал причину этого беспокойства и начал злиться: самое время хорошо выспаться, а в голову лезет всякий бред.
Встал, подошёл к окну, осторожно осмотрелся: спокойствие и безмятежность. Кроме мирно спящего около ворот кота, ни души. Тихонько пошёл обратно к дивану, половицы деревянного пола предательски скрипнули, глаза у Луры тотчас распахнулись.
– Почему ты проснулся? – спросила она таким тоном, будто и не спала вовсе.
– Не знаю, какое-то беспокойство, не пойму, чем вызвано.
– Мне тоже приснился нехороший сон. Думаю, нам надо сходить на пристань и узнать, когда будет теплоход.
– Ты права, первый вариант провалился… Суворина с нами не пойдёт, это точно. Чтобы не отрывать Веру от дел, будем добираться до деревни староверов своим ходом.
Они встали, умылись, привели себя в порядок и пошли к пристани. Посёлок жил обычной, будничной жизнью. Молодые куда-то спешили по делам. Пожилые, как здесь говорили," шли на БАМ" – в Больницу, Аптеку, Магазин. Встретившаяся на пути старушка подробно объяснила, как пройти до пристани, и минут через двадцать они были на месте. Ближайший теплоход в низовье реки ожидался через четыре часа, надобности покупать билет не было. Деньги платили после посадки непосредственно на теплоходе. У них было достаточно времени, чтобы дождаться Суворину, пообедать и, попрощавшись с хозяйкой, вернуться на пристань. Прогулочным шагом, без суеты и спешки, направились обратно. В этот момент навстречу им на медленной скорости проехал внедорожник чёрного цвета. За рулём – средних лет мужчина, по виду татарин или башкир. Он посмотрел на них не равнодушно, как это сделал бы любой случайный водитель, а с явно выраженной заинтересованностью. Они не могли не заметить этого.
– Илья, ты видел, как этот мужчина смотрел на нас? – заволновалась Лура. – От него исходит отрицательная энергия и какие-то недобрые замыслы.
– Да, взгляд цепкий и нехороший, – согласился Илья и попытался успокоить девушку. – Судя по всему, это и есть главный бандит района Дамир Сафиуллин. Наверное, ему доложили о приезжих, и он захотел лично на нас взглянуть. Приятного в этом мало, но раньше времени спокойствие терять не будем…
Несмотря на его оптимистичную речь, тревога, которая во время прогулки пошла на убыль, вновь усилилась. До дома не дошли чуть-чуть, когда на последнем перекрёстке к ним подбежал пожилой мужчина. Бледное лицо и трясущиеся руки выдавали его страх и волнение.
– Здравствуйте, я сосед Сувориной, Иван. Вам нельзя идти в дом, там полиция.
В голове у Ильи мелькнула мысль: "Не провокация ли?" Не любил он таких чрезмерно пугливых мужичков.
– А что случилось? Почему мы должны опасаться наших доблестных полицаев? Меня с детства воспитывали, что моя милиция меня бережёт!
Иван от его иронии скривился, как от зубной боли, и ошеломил их страшным известием.
– Не ёрничайте, Надежду Семёновну час назад убили. Какой-то управлявший автомобилем наркоман сбил на пешеходном переходе. Скорая прибыла быстро, но до больницы не довезли, скончалась по дороге. Представили как несчастный случай, но, я думаю, причиной явились вы. Кто-то пустил слух – к Сувориной следователи из Москвы приехали – вот они и задёргались. Испугались, что все их делишки вылезут наружу. Суворина многое знала, но официальные следователи редко с ней беседовали. Если и беседовали, то быстро "забывали" то, о чём она рассказывала. Эти подонки только высшей инстанции боятся. Надежда Семёновна – человек у нас популярный, потому обязательно приедут следователи из области. Большие начальники "возьмут дело на контроль", а заказчиков всё равно не найдут, так уже было… и не раз. А вам надо уезжать, пока они не оправились и не проверили документы. Заберут в полицию и начнут выяснять, кто такие, с какой целью приехали…