Мы обошли с ним трех купцов. У одного я купил пять ластов (десять тонн) каменной соли в бочках. Тара была не нужна мне, собирался перевезти насыпью, но продавец-немец не понял меня. Она же намокнет и станет грязной. Я подумал, что, действительно, пора расставаться со средневековыми замашками, и купил соль в бочках. Вильгельм Крюгер заплатил за меня векселем, который взяли без раздумий и оговорок. Следующими были два оптовых торговца тканями. В последнем случае мне надо было доплатить.
— За остальное могу сегодня рассчитаться векселем Джакомо Мочениго или придется подождать два дня, — предложил я. — Продал ему товар. Пообещал привезти деньги послезавтра.
Венецианец сам мне предлагал сделать так, но я подозрительно относился к векселям любекских купцов. Серебро надежнее. Наверное, налички у него не хватает, а брать в долг, платить проценты не хочет, вот и попросил подождать, пока перепродаст товар.
— Безусловно, — тут же согласился продавец, пожилой мужчина в черном, похожий на мрачного монаха, и спросил: — Это ты продаешь ему стекла для окон?
— Да, — подтвердил я.
— Готов купить их на десятую часть дороже, — предложил он.
— Так это ты их привозишь⁈ — удивленно воскликнул Вильгельм Крюгер и тут же перешел к делу: — Я заплачу на четверть больше! Привози в Данциг, спроси меня. Тебе каждый покажет мою контору. Если меня не будет, я предупрежу сына, чтобы заплатил за товар.
— Может, следующий рейс сделаю в Данциг, — сказал я.
Проблема с пленными рыцарями решена. Если на меня и затаили обиду, то пока тихо держат камень за пазухой. Значит, можно и туда смотаться. Это и ближе, и выгоднее. Мы обговорили примерные сроки моего прибытия в Данциг, количество товара и цену. После этого я сходил к Джакомо Мочениго и взял у него векселя на большую часть долга, которыми расплатился за ткани и бронзу, олово и свинец в слитках. В Новгороде острая нужда в любых металлах, а в Любек их привозят из глубины материка. Откуда — помалкивают. Предполагаю, что добывают в горах Гарца.
Соль и металлы погрузили на дно трюмов. Рядом с ними разместили трофейные доспехи и оружие. Здесь продавать их невыгодно, своих хватает. Немцы уже вырвались вперед в производстве предметов из разных металлов. Рукастая нация, не отнимешь. Им бы предусмотрительности добавить за счет уменьшения жадности — и получились бы идеальные соседи и деловые партнеры. К сожалению, эти две черты характера живут на разных планетах.
43
На обратном пути в Нарвской губе опять обнаружили много лодок разного размера. Не знаю, были ли это рыбаки или рыцари опять собрались за добычей, но, завидев нас, они дружно рванули к берегу. Там и пережидали, пока шхуна с попутным северо-западным ветром пройдет мимо. Урок усвоили. За битого немца можно трех небитых давать.
Мы сделали остановку у безымянного острова возле устья Невы, набрали фосфоритов. Весной на меня вышел Тимофей Юрьевич, один из посадников, и предложил после сбора урожая купить без права на лесной участок с бортями деревню Кунино, расположенную верстах в шести-семи от города на дороге в мою Мшагу. Там семнадцать жилых домов и восемь брошенных. Доход от полей и лугов мизерный, никто не хочет работать на земле, когда рядом большой город. Вот посадник и решил переложиться в торговлю. Я согласился. У меня два сына. Благодаря хорошей родословной и деревням, они и их дети будут числиться боярами. Это им пригодится, когда Новгород будет захвачен Московским княжеством и заморская торговля резко пойдет на спад.
Уровень воды в реке Волхов был высокий из-за дождей, поэтому я повел шхуну в Новгород. Не обмануло меня предчувствие, что лето будет сырым. Недаром я посоветовал своим крестьянам посадить этой весной капусту и репу, которым прохладное сырое лето — самое то. Пороги проскочили удачно. Правда, за ними застряли на два дня из-за встречного южного ветра, который ненадолго принес тепло и сушь. Тоже неплохо для полевых культур и пчел. Я уплыл в Новгород на лодке, поручив Архипу Безрукому довести шхуну до Новгорода, когда сменится ветер.
Дома все было без серьезных перемен. Первое время Лейлу, особенно зимой, накрывала ностальгия. Не привыкла она к холодам. Снег четыре месяца в году и вовсе вгонял ее в тоску. После рождения дочери или просто пообвыклась грустить по родине стала реже. Возвращение мужа из рейса для нее праздник. К тому же, подарки привез. Жене ткани разных цветов, детям керамические игрушки: рыцарей, куколок, лошадок, овечек. Немцы навострились делать красивые расписанные. Один из товаров, который хорошо раскупают и в Новгороде.